Правительственная комиссия по законопроектной деятельности одобрила законопроект о программе долгосрочных сбережений, в ближайшее время он будет рассмотрен на заседании правительства.
Это новый сберегательный продукт для граждан с участием государства, его разработали в Минфине и Банке России. Он позволит получать дополнительный доход в будущем или создать «подушку безопасности» в особых жизненных ситуациях.
О том, кому подойдет новая программа, выгоднее ли она банковского вклада и как будут контролироваться вложенные в нее деньги граждан, рассказала «Российской газете» директор департамента инвестиционных финансовых посредников Банка России Ольга Шишлянникова.
— В чем ключевая идея программы долгосрочных сбережений?
— В последние годы у нас появился внутренний инвестор, который пришел на фондовый рынок. Но срок инвестиций там относительно небольшой, это нормально. Теперь настало время расширять горизонты.
Гражданин с помощью инвестирования должен уметь накапливать: на покупку недвижимости, образование, пенсию. Существующие индивидуальные инвестиционные счета (ИИС) не всегда позволяют это сделать, поскольку ориентированы скорее на среднесрочные инвестиции. Поэтому цель программы долгосрочных сбережений — научить граждан копить, а не только пользоваться кредитами. Вторая цель программы — получение «длинных денег» для российской экономики. Ведь для устойчивости, для развития экономики всегда нужны инвестиции с разными сроками длительности — краткосрочные, среднесрочные, долгосрочные.
Отмечу, что изменений в пенсионной системе новая программа не предполагает. Точки их соприкосновения в том, что счета будут открываться в негосударственных пенсионных фондах (НПФ), а также в том, что ранее сформированные (до 2014 года) пенсионные накопления в НПФ можно будет напрямую переносить в новую систему.
— Отсечение России от рынков капитала повлияло на быстроту внедрения программы?
— Этот аспект, конечно, учитывался. Но разговоры о том, что нужно внедрять массовый инструмент долгосрочных накоплений, ведутся уже давно — лет десять, на самом деле. Были разные концепции, наиболее привлекательные элементы которых нашли отражение в новой программе.
Во-первых, она добровольная. Без принуждения. Во-вторых, система страхования накоплений в два раза выше планки по страхованию банковских вкладов — 2,8 миллиона рублей. В-третьих, будут налоговые вычеты. В-четвертых, государство готово софинансировать накопления граждан.
Кроме того, многие люди, откладывая деньги на долгий срок, копят или на какую-то большую, важную для них цель, или на «черный день» Поэтому планируется, что сбережения можно будет забрать в определенных жизненных ситуаций.
— Окончательный список таких ситуаций уже есть?
— Окончательно он пока не установлен. Мы полагаем, что в него точно должно быть включено дорогостоящее лечение и образование детей. В ходе публичного обсуждения законопроекта этот перечень может быть дополнен.
— Есть ли у программы какой-то зарубежный аналог?
— Она чем-то похожа на систему накопительных счетов в США. Ее участниками к слову являются десятки миллионов американцев. Но там нет софинансирования и не такие привлекательные налоговые льготы, как в нашей программе. А в целом долгосрочные инвестиции есть в любой стране. Вопрос в другом: насколько государство готово их стимулировать и поддерживать. К сожалению, без стимулов и поддержки у нас эти инструменты пока не находят широкого распространения. Поэтому государство готово предоставить дополнительные плюсы для граждан.
— Постоянно подчеркивается добровольный характер программы. Не считаете ли вы, что в таком случае массово в нее люди не пойдут?
— ИИС, например, абсолютно добровольны. Да, на их «раскачку» ушло около двух лет: пока кто-то попробовал, пока получил первый налоговый вычет. Но зато потом количество ИИС начало расти уже в геометрической прогрессии, сейчас их более 5 миллионов. Поэтому все в итоге зависит от того, как НПФ выстроят маркетинговые программы, какую доходность будут показывать по своим инструментам.
— На какую аудиторию в первую очередь рассчитана программа?
— На граждан, которые могут себе позволить откладывать
Все же накопления возможны, когда у человек достаточно средств на жизнь и возникают свободные деньги. Если говорить про возрастные группы, то самый оптимальный вариант вхождения в программу — в начале трудовой деятельности, то есть в 25-30 лет. Но чаще всего в этом возрасте люди больше потребляют, а не накапливают. Поэтому, наверное, более перспективная категория — люди 40-45 лет.
— Банк России говорил, что будет вести контроль за инвестированием в программе. Что под этим подразумевается? Будет ли этот контроль влиять на доходность по программе?
— Главное опасение, как всегда, — а вернут ли деньги. Чтобы нивелировать эти риски, одно из условий программы — безубыточность. Мы будем требовать ее от финансовых организаций. То есть если гражданин внес деньги, он не должен ни в коей мере потерять их. Наоборот, все усилия должны быть направлены на прирост вложенных средств. Поэтому НПФ должны будут инвестировать накопления в надежные инструменты, которые могут приносить доход.
— Речь идет только об инвестировании в российские активы или в зарубежные тоже?
— В основном, в российские. Хотя у нас нет прямых запретов для НПФ по зарубежным инструментам. Я не вижу больших препятствий для того, чтобы в процессе участвовали такие финансовые инструменты при условии, что они «а» — надежные и «б» — из дружественных юрисдикций.
— Видимо, речь идет по большей части о китайских активах. Как будет определяться их качество?
— Рейтинговыми агентствами. И в любом случае при инвестировании для НПФ будет установлена не только возможность покупать инструмент, но и максимальная доля таких активов в портфеле. Конечно, если такая доля вообще будет, то она будет относительно небольшой.
— На какой минимальный срок вложений лучше ориентироваться, идя в программу?
— От десяти лет. И нужно учитывать, сколько вам сейчас лет. Напоминаю, что в особых жизненных ситуациях можно получить накопленные средства без потери инвестиционного дохода и с сохранением налоговых льгот. Также вы можете досрочно выйти из программы по собственному желанию. Но в этом случае вы можете забрать только деньги, которые внесли лично. Средства, полученные от государства, а также накопительная часть пенсии, переведенная в программу, возврату не подлежат. Также если вы уже получили налоговый вычет, то вам придется его возместить.
— Где гарантия, что на такой дистанции участникам программы что-то вернется, а не в очередной раз будет «заморожено»?
— Если говорить про сохранность денег именно в НПФ, то у Банка России очень большое количество механизмов, которые позволяют обеспечить работу и устойчивость фондов. Каждый квартал фонды обязаны проходить стресс-тест по сценариям, устанавливаемым Банком России. По их результатам мы смотрим, достаточно ли активов у пенсионного фонда для того, чтобы исполнить взятые на себя обязательства. Дополнительно к этому у нас есть специализированные депозитарии, которые следят за тем, чтобы НПФ не совершали сделок, которые им совершать не положено. Это еще одна пара глаз, которая за ними наблюдает. Я уже не говорю про аудиторов и актуариев.
Система контроля выстроена достаточно серьезно. При этом НПФ имеют страховые резервы и собственные средства, которые в случае рисковых событий будут направлены на выплаты гражданам. Плюс опять же создана система гарантирования со страховкой в 2,8 миллиона рублей.
Надо сказать, что отрасль НПФ значительно изменилась, за последние пять лет мы принудительно не выводили с рынка ни одного фонда. Это говорит о том, что на рынке остались достаточно устойчивые, сознательные, качественные финансовые организации.
— Когда программа начнет работать и что Банк России и Минфин будут считать ее успехом?
— Мы надеемся, что она сможет заработать уже с 1 января 2024 года.
Поскольку участие в ней добровольное, то первый год работы программы, скорее всего, будет для граждан годом раздумывания и принятия решения. Для НПФ он станет годом выстраивания бизнес-процессов и механизма взаимодействия с федеральным бюджетом по вопросам софинансирования.
Но надеемся, что уже в 2025 году программа может получить свое распространение. Потенциальное число тех, кто может прийти в программу — более 30 млн человек. Это граждане, которые уже приняли решение о переводе своих пенсионных накоплений в НПФ, то есть выразили доверие частным финансовым организациям. Успехом же будем считать, если в 2025-2026 годах прирост ее участников будет исчисляться сотнями тысяч.
Роман Маркелов, Российская газета
