6 июля 2026 года СРО аудиторов опубликовало обзор судебных актов по противодействию легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем.

Дата утверждения документа: 30 июня 2026.

Определение Верховного Суда РФ от 08.05.2026 № 307-ЭС26-3272 (банк правомерно ограничил ДБО на основании решения Межведомственной комиссии; суд округа обоснованно отменил решения нижестоящих судов, указав, что отказ в проведении операций был законным)

Верховный Суд Российской Федерации отказал в передаче кассационной жалобы ООО «Евроэнергоресурс» для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам, оставив в силе постановление суда округа, которым в удовлетворении иска отказано, на основании нижеследующего:

ООО «Евроэнергоресурс» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к ПАО «Промсвязьбанк» о признании незаконными действий по неисполнению платежных поручений и об обязании предоставить в уполномоченный орган сведения об устранении оснований принятия решения об отказе в проведении банковских операций.

Решением суда первой инстанции от 19.05.2025, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 03.10.2025, иск удовлетворен.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 22.01.2026 решение и постановление апелляционного суда отменены, в удовлетворении иска отказано.

В кассационной жалобе в Верховный Суд РФ общество просило об отмене постановления окружного суда, ссылаясь на нарушение пределов полномочий и неправильное применение норм права.

Разрешая спор, суд округа руководствовался пунктом 5 статьи 7.7 Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», а также статьями 286-287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд округа установил, что отказ банка в проведении банковских операций основан на результатах внутреннего контроля, осуществленного в связи с предъявлением платежных поручений, которые впоследствии подтверждены решением Межведомственной комиссии при Банке России от 03.06.2024. Выводы нижестоящих судов об отсутствии основания для неисполнения платежных поручений суд округа признал противоречащими обстоятельствам дела, поэтому отменил их судебные акты в пределах предусмотренных статьями 286-287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации полномочий.

Верховный Суд РФ, изучив доводы кассационной жалобы, не усмотрел оснований для отмены или изменения судебных актов в порядке кассационного производства, предусмотренных частью 1 статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Доводов, подтверждающих существенные нарушения норм материального и процессуального права, которые могли повлиять на исход дела, заявителем не представлено.

Обществу отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Кроме того, с общества в доход федерального бюджета взыскано 80 000 рублей государственной пошлины за подачу кассационной жалобы, отсрочка уплаты которой была предоставлена до рассмотрения жалобы.

 

Определение Верховного Суда РФ от 13.03.2026 № 306-ЭС26-417 (суды обоснованно отказали в признании действий банка неправомерными, констатировав, что у кредитной организации имелись основания квалифицировать операции клиента как подозрительные)

 

Верховный Суд Российской Федерации отказал в передаче кассационной жалобы индивидуального предпринимателя Саидова Т.Г. для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам, оставив судебные акты нижестоящих инстанций в силе на основании нижеследующего:

Индивидуальный предприниматель Саидов Т.Г. обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском к ПАО «АК БАРС» о признании незаконным отказа в совершении операций по платежным поручениям.

Решением суда первой инстанции от 03.06.2025, оставленным без изменения постановлениями апелляционного суда от 07.08.2025 и суда округа от 27.11.2025, в удовлетворении иска отказано.

В кассационной жалобе в Верховный Суд РФ предприниматель указывал на нарушения в толковании и применении судами норм права, полагая действия банка по отказу в проведении операций неправомерными.

Разрешая спор, суды руководствовались пунктом 1 статьи 845, пунктом 1 статьи 848 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктами 2, 11 статьи 7 Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», пунктом 5.2 Положения Банка России от 02.03.2012 № 375-П «О требованиях к правилам внутреннего контроля кредитной организации», а также письмами Банка России от 31.12.2014 № 236-Т и от 04.09.2013 № 172-Т.

Исследовав и оценив представленные сторонами доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для признания действий банка неправомерными, констатировав, что у кредитной организации имелись основания квалифицировать операции клиента как подозрительные в соответствии с Законом № 115-ФЗ и правилами внутреннего контроля банка.

Суды установили, что банк, действуя в рамках предоставленных Законом № 115-ФЗ полномочий по противодействию легализации доходов, полученных преступным путем, обоснованно отказал в проведении операций по платежным поручениям предпринимателя при наличии признаков подозрительности совершаемых операций.

Верховный Суд РФ, изучив доводы кассационной жалобы, не установил предусмотренных статьей 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации оснований для передачи жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам. Доводов, подтверждающих существенные нарушения норм материального и процессуального права, которые могли повлиять на исход дела, заявителем не представлено.

Предпринимателю отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

 

Постановление Арбитражного суда Московского округа от 18.02.2026 по делу № А40-38085/2025 — установлена равная степень вины банка и истца, суд взыскал 50% убытков с ответчиков:

 

Суд отказал в удовлетворении кассационной жалобы ООО «ГАММА ПЛЮС», оставив судебные акты нижестоящих инстанций в силе на основании нижеследующего:

ООО «ГАММА ПЛЮС» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к ПАО «РОСБАНК» о взыскании 1 200 000 рублей убытков, причиненных в результате перечисления денежных средств на банковский счет, открытый ответчиком третьему лицу (ООО «ЭЙСИ ДИСИ») по поддельным документам. Впоследствии суд произвел замену ответчика на АО «ТБАНК».

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда, иск удовлетворен частично: с ответчика в пользу истца взыскано 600 000 рублей убытков, в остальной части иска отказано.

В кассационной жалобе истец просил отменить судебные акты и удовлетворить иск в полном объеме, ссылаясь на неверное определение существенных обстоятельств и неправильное применение норм материального права.

Судами установлено, что между истцом и ООО «ЭЙСИ ДИСИ» был заключен договор оказания услуг, во исполнение которого истец перечислил на счет третьего лица, открытый в ПАО «РОСБАНК», 1 200 000 рублей. Вступившим в законную силу решением арбитражного суда договор банковского счета как и договор оказания услуг — незаключенными, денежные средства поступили в отношении иного лица.

Принимая решение о частичном удовлетворении иска, суды руководствовались положениями статей 15, 845, 846, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», и исходили из того, что ответчик не представил надлежащих доказательств выполнения требований законодательства при идентификации клиента. Судами установлена прямая причинно-следственная связь между противоправными действиями ответчика по открытию счета по поддельным документам и утратой истцом денежных средств, перечисленных на подложный счет.

Вместе с тем суды установили вину самого истца, который заключил договор посредством электронной почты на условиях предварительной оплаты, не проявив должной осмотрительности, не зная своего контрагента. Учитывая наличие совокупности обстоятельств для возложения ответственности как на ответчика, так и на истца, суды пришли к выводу о равной степени вины сторон (50/50), в связи с чем взыскали с ответчика 600 000 рублей (половину заявленной суммы).

Суд кассационной инстанции отклонил доводы истца о том, что им была проведена всесторонняя проверка контрагента, указав, что эти доводы не свидетельствуют о нарушении судами норм материального и процессуального права, а фактически сводятся к несогласию с выводами судов и направлены на переоценку исследованных доказательств и установленных обстоятельств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушений судами норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебных актов, кассационным судом не установлено.

 

Постановление Арбитражного суда Московского округа от 20.03.2026 по делу № А40-33860/2025  — вина банка не доказана, как и причинно-следственная связь, во взыскании убытков отказано:

 

Суд отказал в удовлетворении кассационной жалобы ИП Палкина А.А., оставив постановление апелляционного суда в силе на основании нижеследующего:

ИП Палкин А.А. обратился в Арбитражный суд города Москвы с иском к ПАО «БАНК УРАЛСИБ» о взыскании 514 000 рублей убытков, причиненных в результате перечисления денежных средств на банковский счет, открытый ответчиком ООО «Гудмил» по поддельным документам.

Решением суда первой инстанции иск удовлетворен частично: с ответчика в пользу истца взыскано 257 000 рублей убытков (50% от заявленной суммы) и 455 рублей почтовых расходов. Суд первой инстанции исходил из того, что ответчик не представил надлежащих доказательств выполнения требований законодательства при идентификации клиента, однако снизил размер возмещения на 50% в связи с тем, что истец не проявил должной степени заботливости и осмотрительности при выборе делового партнера, заключив договор посредством электронной почты на условиях предварительной оплаты.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда решение суда первой инстанции отменено, в удовлетворении иска отказано полностью. Кроме того, с истца в пользу ответчика взыскано 30 000 рублей судебных расходов по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе.

В кассационной жалобе истец просил отменить постановление апелляционного суда и направить дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции, указывая на неправильное применение норм материального права.

Суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении иска, руководствовался положениями статей 845, 848, 849, 863, 866, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации и исходил из того, что само по себе открытие банковского счета не привело и не могло привести к возникновению у истца каких-либо убытков. Апелляционный суд установил, что, предъявляя к банку требование о взыскании убытков, обусловленных неосмотрительными и неразумными действиями самого истца (неосуществление надлежащей проверки контрагента, осуществление платежа в отсутствие правовых оснований), истец пытается переложить на ответчика собственные предпринимательские риски, что не предусмотрено действующим законодательством.

Апелляционный суд пришел к выводу, что истцом не доказана вина ответчика в причинении убытков и наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившими убытками, в связи с чем отказал в удовлетворении иска в полном объеме.

Суд кассационной инстанции отклонил доводы истца о том, что ответчиком не представлено надлежащих доказательств соблюдения положений Федерального закона № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», указав, что эти доводы не свидетельствуют о нарушении апелляционным судом норм материального и процессуального права, а фактически сводятся к несогласию с выводами суда и направлены на переоценку исследованных доказательств и установленных обстоятельств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд кассационной инстанции также отметил, что вступившими в законную силу судебными актами по делу № А40-26609/2024 отказано в удовлетворении аналогичных исковых требований к ПАО «БАНК УРАЛСИБ», заявленных обществом с ограниченной ответственностью «Сила Воина Евразия» в связи с перечислением денежных средств на тот же самый расчетный счет ООО «Гудмил» по счету от 18.05.2023 № 138-23.

Нарушений апелляционным судом норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, судом кассационной инстанции не установлено.

Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 01.04.2026 по делу № А31-9892/2023 — банком открыт счет по документам с противоречиями, не осуществлена надлежащая идентификация, судом взысканы убытки:

 

Суд отказал в удовлетворении кассационной жалобы ПАО «Совкомбанк», оставив судебные акты нижестоящих инстанций в силе на основании нижеследующего:

АО «АВВ-Энерго» обратилось в Арбитражный суд Костромской области с иском к ПАО «Совкомбанк» о взыскании 182 536 рублей убытков, причиненных в результате перечисления денежных средств на банковский счет, открытый ответчиком ООО «М-Ойл» по поддельным документам.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда, исковые требования удовлетворены в полном объеме.

В кассационной жалобе Банк просил отменить судебные акты, ссылаясь на неполное исследование обстоятельств дела, отсутствие доказательств его вины и причинно-следственной связи между действиями ответчика и возникшими у истца убытками, а также на неосмотрительность самого истца при заключении сделки с контрагентом. Кроме того, Банк указывал, что решением суда договор банковского обслуживания признан незаключенным, следовательно у третьих лиц не возникло права на предъявление требования о возмещении убытков.

Судами установлено, что между Обществом и ООО «М-Ойл» был заключен договор поставки, во исполнение которого истец перечислил на счет третьего лица, открытый в ПАО «Восточный экспресс» (правопредшественник Банка), 182 536 рублей. ООО «М-Ойл» обязательства по поставке товара не исполнило, заявив, что не заключало с Обществом договор поставки. Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 03.06.2022 по делу № А40-163492/2021 договор комплексного банковского обслуживания, на основании которого открыт расчетный счет, признан незаключенным.

Принимая решение об удовлетворении иска, суды руководствовались положениями статей 15, 845, 846, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», Инструкцией Банка России № 153-И «Об открытии и закрытии банковских счетов, счетов по вкладам (депозитам), депозитных счетов», Положением Банка России № 499-П «Об идентификации кредитными организациями клиентов, представителей клиента, выгодоприобретателей и бенефициарных владельцев в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма».

Суды установили, что вступившим в законную силу решением суда по делу № А40-163492/2021 подтверждено, что Банком не представлено надлежащих доказательств выполнения требований законодательства при идентификации клиента, включая проверку соответствия копий документов оригиналам, идентификацию клиента при открытии счета и иные требования, направленные на идентификацию клиента.

Исследовав материалы дела, суды выявили существенные несоответствия в документах, представленных при открытии счета: решение учредителя содержало сведения о размере уставного капитала, не соответствующие публичным сведениям ЕГРЮЛ; решение о продлении полномочий генерального директора не соответствовало хронологии регистрационных действий налогового органа; представленный лист записи ЕГРЮЛ не соответствовал дате выдачи свидетельства о регистрации. Данные несоответствия свидетельствуют о небрежной проверке представленных неустановленным лицом документов и об отсутствии у Банка надлежащей осмотрительности при открытии расчетного счета.

Суды отметили, что к банку как к профессиональному участнику рынка по предоставлению финансовых услуг применяются повышенные стандарты и критерии определения разумности и осмотрительности при совершении банковских операций, и как профессиональный участник такого рынка банк несет риски наступления неблагоприятных последствий, связанных с осуществлением банковских операций.

Отклоняя довод Банка о неосмотрительности истца при выборе контрагента, суды установили, что при заключении договора поставки Обществом были предприняты достаточные и разумные меры по проверке контрагента.

Суд кассационной инстанции отклонил довод Банка о том, что признание договора незаключенным исключает право на предъявление требования о возмещении убытков, указав, что предметом спора является взыскание убытков, возникших не из договорных, а из внедоговорных (деликтных) правоотношений, и истец имеет право на использование любых способов защиты права в рамках, установленных законодательством.

Суд кассационной инстанции признал, что судами установлена совокупность условий, необходимых для возложения на Банк обязанности по возмещению убытков, включая противоправность действий ответчика, наличие убытков, причинно-следственную связь и вину Банка.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, были предметом рассмотрения в судебных инстанциях, получили надлежащую правовую оценку, не опровергают выводов судов и направлены на переоценку доказательств и установленных судами фактических обстоятельств дела, что в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Нормы материального права применены судами правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено. Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы в сумме 50 000 рублей отнесены на заявителя.

 

1.                           О НЕДОПУСТИМОСТИ ВЗИМАНИЯ БАНКАМИ ПОВЫШЕННЫХ КОМИССИЙ ЗА СОМНИТЕЛЬНЫЕ ОПЕРАЦИИ

 

Ключевые выводы по разделу (см. также п.28 и п.58 данного Обзора):

1. Банк вправе относить сделки к сомнительным только в целях контроля, а не извлечения выгоды (пункт 4 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ N 1 (2021).
2. Непредставление клиентом документов является основанием для отказа в операции, но не для взимания штрафа или повышенной комиссии.
3. Осуществление банком публичной функции не может использоваться в частноправовых отношениях как способ извлечения выгоды.

 

Постановление Арбитражного суда Московского округа от 19.05.2026 по делу № А41-97774/2023 (суд указал на ничтожность условий о списании повышенной  комиссии (10%) за сомнительные операции в рамках дела о банкротстве)

Суд отказал в удовлетворении кассационной жалобы АО «ТелеПорт Банк», оставив судебные акты нижестоящих инстанций в силе на основании нижеследующего:

В рамках дела о банкротстве ООО «ПРОД-ФРУТ» конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании недействительной сделкой списания АО «МТИ БАНК» (впоследствии заменен на АО «ТелеПорт Банк») со счета должника комиссии в размере 6 014 391 рубля 63 копеек и применении последствий недействительности сделки.

Определением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда, списание комиссии в размере 4 210 074 рублей 14 копеек признано недействительной сделкой; применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с банка в пользу должника указанной суммы; в остальной части заявления отказано.

В кассационной жалобе АО «ТелеПорт Банк» просило отменить судебные акты и отказать в признании сделки недействительной, ссылаясь на отсутствие оснований для признания сделки недействительной на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также на то, что должник при открытии счета обладал информацией об условиях расчетно-кассового обслуживания, комиссия списана на законных основаниях.

Судами установлено, что 26.12.2022 на основании платежного поручения должника со счета были перечислены ООО «ФУДЭКСПЕРТ» денежные средства в размере 60 143 916 рублей 29 копеек. За проведение указанной операции Банком списана комиссия в размере 6 014 391 рубля 63 копеек на основании банковского ордера № 91442 от 26.12.2022.

Размер комиссии был определен в соответствии с пунктом 4.22 тарифов Банка, которым предусмотрено, что в случае перевода денежных средств, если получателем является лицо, в отношении которого имеются сведения о неоднократных отказах в проведении операций или расторжении договора банковского счета в соответствии с Федеральным законом № 115-ФЗ, Банк вправе взимать с клиента дополнительную плату в размере 10% от суммы перевода. При этом на момент заключения договора банковского счета действовала комиссия в размере 3% от суммы переводов.

Разрешая спор, суды руководствовались положениями статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 61.1, 61.2 Закона о банкротстве, Федерального закона № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», а также разъяснениями, содержащимися в пункте 4 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 07 апреля 2021 года.

Суды установили, что перечисление денежных средств должником не признавалось Банком сомнительной операцией, списанная комиссия не являлась «заградительным тарифом» в целях борьбы с легализацией доходов. Комиссия была списана в соответствии с договором банковского счета и тарифами. Доказательств того, что ООО «ФУДЭКСПЕРТ» соответствовало признакам, установленным пунктом 4.22 тарифов, в материалы дела не представлено, в связи с чем суды пришли к выводу о необоснованном установлении Банком комиссии в размере 10%.

Кроме того, суды указали, что уведомление должника об изменении размера тарифов с 01.08.2022 с 3% до 10% произошло только 09.01.2025 при направлении ответа на претензию конкурсного управляющего. Иных доказательств, подтверждающих письменное уведомление клиента о применении повышенного размера комиссии, вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Банком в материалы дела не представлено.

Суды отметили, что свидетельские показания в отсутствие письменных доказательств согласия клиента на изменение условий обслуживания не могут являться надлежащим и допустимым доказательством.

Суд кассационной инстанции отметил, что в силу требований Федерального закона № 115-ФЗ банк вправе относить сделки клиентов к сомнительным, что влечет определенные последствия (приостановление соответствующей операции или отказ в выполнении распоряжения клиента). Однако право банка взимать комиссию за совершение расчетно-кассовых операций в повышенном размере в целях борьбы с легализацией доходов, полученных преступным путем, в случае отнесения сделки клиента к сомнительным данным федеральным законом не предусмотрено. Осуществление банком функций контроля в целях противодействия легализации доходов производится в публичных интересах, во исполнение обязанностей, возложенных федеральным законом, а не на основании договора с клиентом. Осуществление кредитной организацией указанной публичной функции не может использоваться в частноправовых отношениях в качестве способа извлечения выгоды за счет клиента в виде повышенной платы за совершение операций, признанных сомнительными, поскольку это противоречит существу правового регулирования данных отношений.

Суд кассационной инстанции отклонил доводы заявителя, указав, что они сводятся к повторению утверждений, исследованных и правомерно отклоненных судом апелляционной инстанции, не свидетельствуют о нарушении судами норм материального и процессуального права, а лишь указывают на несогласие с оценкой судами доказательств. Иная оценка заявителем установленных фактических обстоятельств и толкование положений закона не означает допущенной судебной ошибки.

Суд кассационной инстанции признал, что выводы судов основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства. Нарушений или неправильного применения норм материального и процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства, не установлено.

2.                           ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ЕДИНОЛИЧНОГО ИСПОЛНИТЕЛЬНОГО ОРГАНА ЗА НЕОБОСНОВАННОЕ УВЕЛИЧЕНИЕ СВОЕГО ВОЗНАГРАЖДЕНИЯ

Ключевые выводы по разделу:

1. Решение вопросов об установлении и увеличении вознаграждения генерального директора относится к компетенции общего собрания участников (пункты 1 и 4 статьи 40 Закона об ООО).
2. Руководитель не вправе самостоятельно определять размер своего вознаграждения (пункт 4 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел по корпоративным спорам, связанным с применением статьи 53.1 ГК РФ, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 30.07.2025).
3. При подписании договора с существенно отличающимися условиями директор должен удостовериться в их одобрении участниками.

 

Постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 18.02.2026 по делу № А59-2427/2024 (суд взыскал выплаты как убытки за заключение единоличным исполнительным органом договора о передаче полномочий самому себе с вознаграждением 1,5 млн.руб./мес.)

 

Суд отказал в удовлетворении кассационной жалобы ИП Курыбкина С.Н., оставив судебные акты нижестоящих инстанций в силе на основании нижеследующего:

ООО «Инвеста Групп Сахалин» обратилось в Арбитражный суд Сахалинской области с иском к ИП Курыбкину С.Н. о признании недействительными протокола внеочередного собрания учредителей общества от 15.03.2023 и договора о передаче полномочий единоличного исполнительного органа управляющему от 15.03.2023, а также о взыскании 8 075 713 руб. 11 коп. убытков.

Решением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда, исковые требования удовлетворены частично: признан недействительным договор от 15.03.2023 о передаче полномочий единоличного исполнительного органа общества, с ответчика в пользу общества взысканы убытки в размере 8 075 713 руб. 11 коп.; в остальной части (в части признания недействительным протокола собрания) в удовлетворении иска отказано.

В кассационной жалобе предприниматель просил отменить судебные акты и направить дело на новое рассмотрение, ссылаясь на недоказанность совокупности условий для взыскания убытков, фактическое осуществление им функций управляющего, необоснованное отклонение ходатайства о назначении дополнительной экспертизы, а также на необоснованное отклонение ходатайств об истребовании доказательств и вызове свидетелей. Заявитель также указывал на заинтересованность свидетелей, дававших показания против него, и на то, что перечисление ему денежных средств с последующим предъявлением требования о возврате фактически являлось легализацией доходов в результате согласованных действий истца и ответчика.

Судами установлено, что 15.03.2023 состоялось внеочередное общее собрание учредителей общества, на котором, согласно протоколу, приняты решения о передаче полномочий единоличного исполнительного органа управляющему — предпринимателю Курыбкину С.Н., принятии устава в новой редакции и утверждении порядка подтверждения решений. В этот же день между обществом (от имени которого действовала участник Луцук О.Д.) и предпринимателем подписан договор о передаче полномочий, предусматривающий ежемесячное вознаграждение в размере 1 500 000 руб. За период с 15.03.2023 по декабрь 2023 года ответчику выплачено вознаграждение в общей сумме 8 201 500 руб.

При этом участники общества Закоморная К.Н. и Луцук О.Д. факт участия в собрании 15.03.2023 и подписания протокола и договора отрицали, указав на нахождение в этот период за пределами Сахалинской области.

Для проверки принадлежности подписей судом первой инстанции назначалась судебная почерковедческая экспертиза. Согласно экспертному заключению от 22.10.2024 № 1449/2-3-24, подпись от имени Луцук О.Д. в протоколе и договоре выполнена не самой Луцук О.Д., а другим лицом с подражанием ее подписи.

Разрешая спор, суды руководствовались положениями статей 15, 53.1, 166-168, 174, 183, 779, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 32, 33, 42, 43 Федерального закона № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», а также разъяснениями, содержащимися в пункте 12 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2023), пункте 4 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел по корпоративным спорам, связанным с применением статьи 53.1 ГК РФ, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.07.2025, и постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица».

Суды установили, что при совершении сделки — заключении договора от 15.03.2023 — нарушены требования Закона об ООО и устава общества: со стороны общества договор подписан неуполномоченным лицом, сделка не проходила процедуру одобрения в порядке соблюдения корпоративных требований. Поскольку договор признан недействительной сделкой, требования о взыскании денежных средств, перечисленных в порядке исполнения недействительной сделки, удовлетворены за вычетом 125 786 руб. 89 коп., составляющих размер оплаты труда на основании трудового договора.

Суды указали, что Курыбкин С.Н., являясь предпринимателем и занимая должность генерального директора на основании решения участников общества и трудового договора от 27.04.2016 № 1 более шести лет, при подписании договора от 15.03.2023, условия которого в стоимостном выражении существенно отличались от условий трудового договора, действуя добросовестно и разумно, должен был усомниться и удостовериться в том, что данный договор и его условия одобрены в установленном Законом об ООО и уставом порядке участниками общества. Однако ответчик не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, тем самым способствовал выбытию активов общества в личных интересах.

Отклоняя довод о необоснованном отказе в назначении дополнительной экспертизы, суд кассационной инстанции указал, что назначение экспертизы является дискреционным полномочием суда. Оценив представленное экспертное заключение, суд первой инстанции установил отсутствие необходимости в назначении дополнительной экспертизы.

Суд кассационной инстанции отклонил иные доводы заявителя, указав, что они не опровергают законность и обоснованность принятых судебных актов, направлены на переоценку установленных фактических обстоятельств и доказательств, что в силу статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является основанием для отмены или изменения судебных актов в кассационном порядке.

Суд кассационной инстанции признал, что судами установлена совокупность условий для взыскания убытков: противоправность действий ответчика, наличие убытков, причинно-следственная связь и вина ответчика. Нарушений норм материального и процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены судебных актов, не установлено. Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы отнесены на заявителя.

 

3.                           ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ ПОЛНОМОЧИЯ ПРОКУРАТУРЫ

Ключевые выводы по разделу:

1. Прокуратура вправе инициировать пересмотр судебных актов при наличии признаков легализации доходов.
2. Суды должны давать оценку доводам прокуратуры о фиктивности споров и подконтрольности сторон.
3. В уголовных делах подделкой признается не только материальный, но и интеллектуальный подлог — изготовление документов, содержащих заведомо ложные сведения (п. 8 Постановления Пленума ВС РФ от 17.12.2020 № 43).
4. В соответствии с пунктом 1 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 08.07.2020), суды вправе привлекать прокуратуру при наличии признаков недобросовестного поведения.
5. Прокуратура осуществляет надзор за исполнением Закона N 115-ФЗ (статья 14 Закона N 115-ФЗ).
6. В соответствии с пунктом 31(1) Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53, прокурор вправе обратиться с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, а также вступить в такой процесс.
7. В соответствии с пунктом 3 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, прокуратура вправе обратиться с заявлением о пересмотре судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам.

 

Определение Верховного Суда РФ от 31.03.2026 № 303-ЭС25-12417 (кассационная жалоба прокуратуры удовлетворена, дело направлено на новое рассмотрение; прокуратура обоснованно указывает на необходимость проверки сделок на предмет легализации доходов) – см. анализ акта в П.5.

 

Определение Верховного Суда РФ от 17.02.2026 № 303-ЭС25-112417 (кассационная жалоба прокуратуры передана для рассмотрения в Судебную коллегию ВС РФ; прокурор настаивает на том, что взаимоотношения сторон свидетельствуют о фиктивном частноправовом споре в обход закона) – см. анализ акта в П.5.

 

Кассационное определение ВС РФ от 08.04.2026 № 56-УДП26-2-К9 (в уголовном деле ВС РФ отменил оправдательный приговор, указав, что суд не учел разъяснения Пленума о подделке документов путем интеллектуального подлога (представление заведомо недостоверных сведений для открытия счета и передачи его третьему лицу) – см. анализ акта в П.8.

 

Постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 13.02.2026 по делу № А78-8559/2017 (суд удовлетворил заявление прокуратуры о вступлении в дело о банкротстве при наличии значительной задолженности перед бюджетом и признаков незаконных финансовых операций.)

Судебная коллегия удовлетворила кассационную жалобу Прокуратуры Забайкальского края, отменила судебные акты нижестоящих инстанций и допустила прокурора к участию в деле о банкротстве ООО «Арфада» по следующим основаниям.

Прокуратура Забайкальского края обратилась в арбитражный суд с заявлением о допуске первого заместителя прокурора края к участию в деле о банкротстве ООО «Арфада».

Определением суда первой инстанции, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда, в удовлетворении заявления отказано. Суды исходили из того, что наличие задолженности перед работником и бюджетом само по себе не образует оснований, предусмотренных статьей 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, для вступления прокурора в дело. Кроме того, суды указали, что отказ в удовлетворении ходатайства не препятствует реализации прокурором возложенных на него функций, а защита публичных интересов возможна в рамках процедуры банкротства без процессуального участия прокурора.

В кассационной жалобе прокуратура просила отменить судебные акты и удовлетворить заявление, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права. Прокурор указал, что в отношении директора ООО «Арфада» Сурина Ю.П. проводятся оперативно-разыскные мероприятия по признакам неправомерных действий при банкротстве, что свидетельствует о наличии признаков незаконных финансовых операций и возможной легализации доходов. Также заявитель сослался на непогашение задолженности по заработной плате перед работником Святкиной Л.В., что затрагивает конституционное право на вознаграждение за труд, и на наличие значительной налоговой задолженности, причиняющей ущерб бюджетной системе.

Отменяя судебные акты, суд кассационной инстанции руководствовался частью 5 статьи 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 14 Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», пунктом 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции», а также правовой позицией, изложенной в пункте 1 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020.

Суд кассационной инстанции установил, что судами не учтены следующие обстоятельства. Определением Арбитражного суда Забайкальского края от 10.12.2019 в реестр требований кредиторов ООО «Арфада» включено требование Святкиной Л.В. второй очереди в размере 357 311,28 руб. (заработная плата и компенсация). Определением от 22.09.2020 в реестр включены требования Федеральной налоговой службы: во вторую очередь — 2 355 660 руб. (НДФЛ), 5 416 199,86 руб. (страховые взносы на ОПС), 351 922,85 руб. (страховые взносы по дополнительному тарифу); в третью очередь — 4 279 994,98 руб. (недоимка по налогам и страховым взносам), 3 995 221,59 руб. (пени), 396 264,80 руб. (штрафы). Указанные обстоятельства, по мнению прокуратуры, свидетельствуют об угрозе публичным интересам, наличии признаков легализации доходов, полученных с нарушением закона, и необходимости прокурорского участия для обеспечения законности процедуры банкротства.

Суд кассационной инстанции указал, что в силу части 5 статьи 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации прокурор вправе вступить в дело в целях обеспечения законности при выявлении обстоятельств, свидетельствующих о том, что спор инициирован в целях уклонения от исполнения обязанностей, предусмотренных законодательством о противодействии легализации доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, законодательством о налогах и сборах, либо возник из мнимой или притворной сделки, совершенной в указанных целях.

Суд округа пришел к выводу, что совокупность обстоятельств, на которые ссылалась прокуратура и которые подпадают под предмет ее надзора (значительная задолженность перед бюджетом, неисполнение обязанности по выплате заработной платы, проведение оперативно-разыскных мероприятий в отношении директора должника, регистрация рапорта об обнаружении признаков преступления, предусмотренного частью 1 статьи 195 Уголовного кодекса Российской Федерации, проведение процессуальной проверки), а также волеизъявление надзорного органа на участие в деле о банкротстве для пресечения возможных противоправных действий и обеспечения баланса публичных и частных интересов свидетельствуют о наличии признаков, позволяющих допустить орган публичной власти в целях обеспечения законности.

Суд округа отметил, что при наличии прямого указания прокуратуры на признаки недобросовестного поведения участников процесса, которые могут свидетельствовать о возможном нарушении законодательства, более соответствующим задачам судопроизводства является допуск прокурора к участию в деле, что позволит всесторонне проверить соответствующие доводы и сделать вывод об исключении или подтверждении признаков нарушения закона и публичных интересов.

Суд кассационной инстанции заключил, что судам следовало допустить первого заместителя прокурора Забайкальского края к участию в деле о банкротстве ООО «Арфада» в целях всестороннего и объективного рассмотрения дела, исключения возможных злоупотреблений со стороны должника и кредиторов по выводу имущества из конкурсной массы, использования института банкротства как инструмента незаконного обогащения, легализации доходов и уклонения от финансовых обязательств, а также защиты интересов Российской Федерации.

Обжалуемые судебные акты отменены как принятые с нарушением норм процессуального права (части 1 и 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Ходатайство первого заместителя прокурора Забайкальского края о допуске к участию в деле о банкротстве ООО «Арфада» удовлетворено. Вопрос о распределении судебных расходов не разрешался, поскольку заявитель освобожден от уплаты государственной пошлины.

 

Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 06.05.2026 по делу № А76-38116/2022 (прокуратура добилась пересмотра судебного приказа по вновь открывшимся обстоятельствам, предоставив доказательства отсутствия реальных хозяйственных операций)

Судебная коллегия отказала в удовлетворении кассационной жалобы ООО «Родник», оставив постановление апелляционного суда без изменения.

ООО «Родник» на основании судебного приказа от 29.11.2022 требовало с ООО «Трубметпром» 478 800 руб. по договору поставки.

Прокуратура Челябинской области обратилась с заявлением о пересмотре приказа по вновь открывшимся обстоятельствам. В обоснование указано, что из ответов Росфинмониторинга и ФНС следует: операции ООО «Трубметпром» носили высокорисковый, транзитный характер, направлены на обналичивание; организации имеют признаки технических, хозяйственные связи между сторонами отсутствуют. ООО «Трубметпром» исключено из ЕГРЮЛ 20.03.2025 по основанию, связанному с легализацией доходов. При этом в рамках дела о распределении имущества ликвидированного должника ООО «Родник» заявило требования, основанные на спорном приказе.

Суд первой инстанции прекратил производство по заявлению прокуратуры, сославшись на ликвидацию должника и отсутствие у прокуратуры правомерного интереса.

Апелляционный суд отменил определение и направил дело на новое рассмотрение, указав, что прокуратура действует в защиту публичных интересов и представила доказательства, не исследованные при вынесении приказа.

В кассационной жалобе ООО «Родник» настаивало на пропуске прокурором срока и необходимости прекращения производства в связи с ликвидацией должника.

Суд округа, руководствуясь статьями 309, 311, 312 АПК РФ, статьей 14 Федерального закона № 115-ФЗ и разъяснениями Верховного Суда РФ, признал выводы апелляционного суда обоснованными.

Выявленные прокуратурой обстоятельства (отсутствие реальной хозяйственной деятельности, признаки легализации, использование приказа для получения денег в рамках распределения имущества) имеют существенное значение, не были известны суду, а потому являются основанием для пересмотра.

Суд кассационной инстанции указал, что прокурор вправе обращаться с заявлением о пересмотре в защиту публичных интересов, и для этого ему не обязательно участвовать в первоначальном деле. Ликвидация должника не препятствует пересмотру, иначе это заблокировало бы надзорные полномочия прокуратуры. Срок обращения прокуратурой не пропущен: о новых обстоятельствах стало известно в сентябре 2025 года, заявление подано в ноябре 2025 года.

Нарушений процессуального права не установлено. Судебный акт апелляционной инстанции оставлен без изменения, кассационная жалоба — без удовлетворения.

 

Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 17.02.2026 по делу № А28-11625/2021 (суд отметил право прокуратуры инициировать пересмотр судебных актов при наличии признаков легализации доходов)

Судебная коллегия отказала в удовлетворении кассационной жалобы Прокуратуры Кировской области, оставив судебные акты нижестоящих инстанций без изменения.

Прокурор Первомайского района г. Кирова обратился с иском о признании недействительными удостоверений комиссии по трудовым спорам (далее КТС) от 28.02.2023 № 4 и от 02.05.2023 № 4 о взыскании заработной платы в пользу Ляпустиной А.А. Иск мотивирован отсутствием доказательств осуществления ООО «Водоканалсервис» (1) деятельности в 2023 году, создания и работы КТС, а также возбуждением уголовного дела по факту использования подложных документов.

Заочным решением Первомайского районного суда г. Кирова от 11.04.2024 иск прокурора удовлетворен. Определением от 22.05.2024 заочное решение отменено, производство по делу возобновлено, определением от 19.06.2024 дело передано по подсудности в Арбитражный суд Кировской области для рассмотрения в рамках дела о банкротстве.

Суд первой инстанции определением от 16.07.2025, оставленным без изменения апелляционным судом, в удовлетворении иска отказал. Суды установили реальность осуществления Обществом хозяйственной деятельности в 2023 году и фактическое выполнение Ляпустиной А.А. трудовых функций.

В кассационной жалобе Прокуратура ссылалась на отсутствие доказательств создания КТС, ведения протоколов, наличия печати, а также утверждала, что Ляпустина А.А. фактически работала в ООО «Водоканалсервис» (2), а не в ООО «Водоканалсервис» (1).

Отклоняя доводы жалобы, суд округа руководствовался статьей 1 Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации», статьей 14 Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ, статьей 52 АПК РФ, статьей 61.2 Закона о банкротстве, статьями 10, 169, 170 ГК РФ, а также Обзором судебной практики, утвержденным Президиумом Верховного Суда РФ 08.07.2020.

Суд кассационной инстанции признал выводы нижестоящих судов обоснованными. Судами установлено, что ООО «Водоканалсервис» (1) являлось единой организацией водоснабжения и водоотведения на территории муниципального образования на основании концессионного соглашения от 22.01.2021, имело установленные тарифы на 2023 год. Факт ведения хозяйственной деятельности подтвержден данными ОСФР (отчетность на 45–50 работников), показаниями сотрудников, а также выписками по счетам, согласно которым Обществом совершено более 2300 приходных операций, поступали субсидии от Министерства финансов. Доказательств осуществления деятельности ООО «Водоканалсервис» (2) до мая 2023 года не представлено.

Выполнение Ляпустиной А.А. трудовых функций в ООО «Водоканалсервис» (1) подтверждено трудовым договором, приказом об увольнении, трудовой книжкой и показаниями работников. Отсутствие налоговых отчислений не опровергает трудовые отношения, а свидетельствует о ненадлежащем ведении учета.

Относительно деятельности КТС суды указали, что в материалы дела представлены удостоверения и решения КТС, подписанные членами комиссии, которые реальность работы комиссии не отрицали. Отсутствие документов у уволенных работников само по себе не подтверждает недействительность КТС.

Суд кассационной инстанции отклонил ссылку Прокуратуры на решения районного суда по иным делам, указав, что суд общей юрисдикции не исследовал обстоятельства фактического исполнения Ляпустиной А.А. должностных обязанностей и доказательства, полученные в рамках настоящего спора.

Суды не усмотрели злоупотребления правом, сговора ответчиков или признаков легализации доходов. Доводы кассационной жалобы направлены на переоценку доказательств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции (статьи 286, 287 АПК РФ). Нарушений процессуального права не установлено. Судебные акты оставлены без изменения, кассационная жалоба — без удовлетворения.

 

Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 16.02.2026 по делу № А22-1543/2023 (суд указал на необоснованность отказа прокуратуре во вступлении в дело о взыскании убытков с контролирующих должника лиц)

 

Суд удовлетворил кассационные жалобы Управления ФНС по Республике Калмыкия и Прокуратуры Республики Калмыкия, отменил постановление апелляционного суда и направил дело на новое рассмотрение на основании нижеследующего:

Управление ФНС по Республике Калмыкия обратилось в Арбитражный суд Республики Калмыкия с иском к Чурюмову Н.А. и Илюмжиновой Т.В. о солидарном взыскании убытков в размере 147 552 822 руб. 18 коп., причиненных в результате недобросовестных действий контролирующих лиц ЗАО «Нефтяная компания «Калмпетрол».

Решением суда первой инстанции от 18.01.2024 в удовлетворении исковых требований отказано.

При рассмотрении дела в апелляционном суде к участию в деле в качестве соответчика привлечено ООО «Омега», а в качестве соистца — комитет имущественных и земельных отношений администрации Ики-Бурульского муниципального образования с самостоятельным требованием о взыскании убытков в размере 1 315 364 руб. 40 коп.

Постановлением апелляционного суда от 17.03.2025 решение суда первой инстанции отменено, исковые требования налогового органа и комитета удовлетворены частично, с ответчиков солидарно взысканы убытки.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 29.07.2025 постановление апелляционного суда от 17.03.2025 отменено, дело направлено на новое рассмотрение в апелляционный суд.

При новом рассмотрении Прокуратура Республики Калмыкия обратилась с ходатайством о вступлении в дело. Постановлением апелляционного суда от 08.10.2025 в удовлетворении ходатайства прокуратуры отказано, решение суда первой инстанции отменено, в удовлетворении исковых требований управления и комитета отказано.

В кассационных жалобах прокуратура и налоговый орган просили отменить постановление апелляционного суда от 08.10.2025. Прокуратура указывала на необоснованный отказ в удовлетворении ходатайства о вступлении в дело, поскольку она выступала в защиту имущественных интересов Российской Федерации, так как заявленные к взысканию убытки в размере 147 552 822 руб. 18 коп. остались непогашенными по завершении конкурсного производства в отношении ЗАО «Нефтяная компания «Калмпетрол». Прокуратура также ссылалась на необоснованный отказ апелляционного суда в удовлетворении исковых требований.

Разрешая кассационные жалобы, суд округа руководствовался положениями абзаца пятого части 5 статьи 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 14 Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», пункта 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции», пункта 1 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020, пункта 31(1) Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

Суд кассационной инстанции установил, что должник (ЗАО «Нефтяная компания «Калмпетрол») зарегистрирован в качестве юридического лица 22.08.2000, основной вид деятельности — добыча нефти, являлся плательщиком налога на добычу полезных ископаемых. Функции генерального директора должника с 2011 года по 2016 год исполнял Чурюмов Н.А.

В 2012 году по результатам налоговой камеральной проверки должнику начислен НДПИ в сумме 110 351 559 руб., штраф и пени.

Решением Арбитражного суда Республики Калмыкия от 09.03.2016 по делу № А22-2337/2013 в отношении должника введена процедура конкурсного производства. Определением суда от 25.11.2022 конкурсное производство завершено.

На момент завершения конкурсного производства остались не погашенными требования кредиторов, включенные в реестр в общей сумме 92 677 539 руб. 08 коп., из которых 4 523 249 руб. 01 коп. задолженность перед уполномоченным органом, текущие обязательства должника по налогам и сборам в размере 143 029 573 руб. 17 коп.

Налоговый орган обратился с иском о взыскании убытков, ссылаясь на то, что текущие и реестровые требования остались непогашенными ввиду недобросовестного поведения контролирующих должника лиц, в результате которых значительная часть имущества должника перешла в собственность ООО «Омега».

Отказывая прокуратуре во вступлении в дело, апелляционный суд сослался на то, что привлечение прокурора является правом, а не обязанностью суда, и что спор не связан с возможным нарушением положений Закона № 115-ФЗ. Суд также указал, что дело не относится к категориям, установленным частью 1 статьи 52 АПК РФ, по которым прокурор может вступить в дело.

Суд кассационной инстанции признал данный вывод апелляционного суда ошибочным. В соответствии с абзацем пятым части 5 статьи 52 АПК РФ прокурор вправе вступить в дело в целях обеспечения законности в случае выявления обстоятельств, свидетельствующих о том, что спор инициирован в целях уклонения от исполнения обязанностей и процедур, предусмотренных законодательством о противодействии легализации доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, законодательством о налогах и сборах.

Суд округа указал, что в соответствии со статьей 14 Закона № 115-ФЗ надзор за исполнением данного Федерального закона осуществляют Генеральный прокурор Российской Федерации и подчиненные ему прокуроры. Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 1 Обзора от 08.07.2020, суды вправе привлечь к участию в делах органы прокуратуры, если действия участников процесса свидетельствуют о возможном нарушении положений Закона о противодействии легализации доходов.

Кроме того, в соответствии с пунктом 31(1) постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53, в целях защиты публичных интересов прокурор вправе обратиться с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, а также вступить в такой процесс на любой его стадии.

Суд кассационной инстанции принял во внимание, что прокуратура, обращаясь с ходатайством о вступлении в дело, указывала на необходимость обеспечения законности и защиты охраняемых законом публичных интересов, поскольку заявленные к взысканию с ответчиков убытки в размере 147 552 822 руб. 18 коп. в пользу налогового органа остались непогашенными по завершении процедуры конкурсного производства в отношении должника.

Суд округа пришел к выводу, что участие прокуратуры направлено на обеспечение законности, защиту интересов Российской Федерации, исключение возможных случаев злоупотребления должника и иных лиц по выводу имущества из конкурсной массы, использованию института банкротства как инструмента незаконного обогащения, легализации преступных доходов и уклонению от финансовых обязательств.

Формально отклонив ходатайство прокурора со ссылкой на отсутствие необходимости в заключении прокурора, суд апелляционной инстанции не учел доводы прокуратуры о наличии признаков нарушения законодательства о противодействии легализации доходов и необходимости защиты публичных интересов.

Постановление апелляционного суда отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции для рассмотрения ходатайства прокуратуры о вступлении в дело, а также для рассмотрения апелляционной жалобы на решение суда первой инстанции с учетом доводов, заявленных прокуратурой.

 

4.                                ОБРАЩЕНИЕ В СУД КАК СПОСОБ ЛЕГАЛИЗАЦИИ ДОХОДОВ

Ключевые выводы по разделу:

1. Суды должны давать оценку обстоятельствам, свидетельствующим о подконтрольности сторон и возможном использовании судебного процесса для легализации доходов.
2. Запутанный или необычный характер сделки, не имеющей очевидного экономического смысла или законной цели, является основанием для контроля (п. 2 ст. 7 Закона N 115-ФЗ).
3. Выявление обстоятельств, свидетельствующих о направленности действий участников на придание правомерного вида доходам, полученным незаконным путем, может являться основанием для вывода о ничтожности сделок и отказе в удовлетворении требований (п. 6 Обзора ВС РФ от 08.07.2020).
4. Суды вправе проверять обстоятельства, касающиеся возможного обращения участников оборота к судебному порядку разрешения споров в целях легализации доходов (пункты 6, 7, 9 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 08.07.2020).
5. Суд не принимает признание иска, если это противоречит закону или нарушает права других лиц (часть 5 статьи 49 АПК РФ, пункт 30 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.12.2021 N 46).
6. Мнимые и притворные сделки, совершенные в обход положений Закона N 115-ФЗ, могут быть признаны посягающими на публичные интересы и ничтожными.

 

Определение Верховного Суда РФ от 31.03.2026 № 303-ЭС25-12417 (дело направлено на новое рассмотрение, поскольку суды не дали оценки обстоятельствам, свидетельствующим о подконтрольности сторон и возможном использовании судебного процесса для легализации доходов (подконтрольность сторон одному лицу, отсутствие поставки при построенном объекте)

Верховный Суд РФ отменил судебные акты и направил дело на новое рассмотрение, указав, что суды не оценили обстоятельства, свидетельствующие о возможном использовании судебного процесса для легализации доходов (подконтрольность сторон одному лицу, отсутствие поставки при построенном объекте).

ООО «СКФ «Спецстрой» обратилось в арбитражный суд с иском к ООО «Строительные технологии» о взыскании 69 884 817,95 руб. предоплаты, 2 865 277,54 руб. неустойки, 5 451 158 руб. процентов, а также процентов (коммерческий кредит) по день фактического возврата денежных средств.

Решением суда первой инстанции от 23.12.2024, оставленным без изменения апелляционным и кассационным судами, иск удовлетворен полностью. Суды исходили из факта перечисления истцом 100% предоплаты и отсутствия доказательств встречного исполнения.

В кассационной жалобе Прокуратура Сахалинской области просила отменить судебные акты, ссылаясь на согласованные действия сторон по созданию фиктивного спора с признаками легализации доходов.

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда РФ отменила судебные акты и направила дело на новое рассмотрение, указав следующее.

В соответствии с пунктом 2 статьи 7 Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ, запутанный или необычный характер сделки, не имеющей очевидного экономического смысла, является основанием для контроля. Согласно пункту 6 Обзора судебной практики, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 08.07.2020, выявление обстоятельств, свидетельствующих о придании правомерного вида доходам, полученным незаконным путем, может служить основанием для признания сделок ничтожными и отказа в удовлетворении требований.

Из материалов дела следует, что ООО «СКФ «Спецстрой» и ООО «Строительные технологии» в период совершения сделок были подконтрольны одному лицу. При этом, несмотря на заключение договора поставки и отсутствие фактической поставки товара, объект строительства был построен. Суды не дали оценки указанным обстоятельствам в их совокупности и взаимосвязи.

Поскольку судами допущены существенные нарушения норм материального права, повлиявшие на исход дела, обжалуемые судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Сахалинской области.

 

Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 19.03.2026 по делу № А82-4775/2024 (суд отказал во взыскании задолженности по договорам займа, указав на недобросовестность сторон и цель легализации денежных средств.)

Суд отказал в удовлетворении кассационной жалобы ООО «Микрономика», оставив судебные акты нижестоящих инстанций в силе на основании нижеследующего:

ООО «Микрономика» обратилось в Арбитражный суд Ярославской области с иском к ООО «Любава-97» о взыскании 7 606 777 рублей задолженности по договорам займа, 7 279 827 рублей 05 копеек процентов за пользование займом, 53 752 753 рублей 91 копейки неустойки с продолжением начисления неустойки до дня фактического погашения долга.

Решением суда первой инстанции от 04.04.2025, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 23.10.2025, в удовлетворении иска отказано.

В кассационной жалобе Общество просило отменить судебные акты, ссылаясь на то, что суды применили не подлежащие применению положения Федерального закона № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», дали неверную оценку процессуальному поведению ответчика. Заявитель настаивал, что представленные документы подтверждают существование реальных заемных отношений, сомнительный характер спорных операций не доказан.

Разрешая спор, суды руководствовались положениями статей 10, 170, 307, 309, 310, 807 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона № 115-ФЗ, разъяснениями, приведенными в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции», а также в Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 08.07.2020.

Судами установлено, что истец предоставил ответчику по договорам от 11.01.2016, 15.01.2016, 01.02.2016, 01.03.2016, 16.03.2016, 18.03.2016, 21.03.2016, 01.04.2016, 04.05.2016, 14.10.2016, 26.10.2016, 25.11.2016, 30.12.2016 в качестве займа денежные средства в размере 10 629 297 рублей. Денежные средства перечислены заемщику по платежным поручениям, заемные средства возвращены частично в марте 2016 года. Требование от 01.12.2017 о возврате непогашенных сумм займов и процентов за пользование займами в срок до 31.12.2017 заемщик не исполнил.

При рассмотрении дела ответчик иск признал, заявил о снижении неустойки.

Суды установили следующие обстоятельства, свидетельствующие о недобросовестном характере действий сторон:

• исковое заявление о взыскании задолженности направлено спустя восемь лет после заключения договоров и более шести лет после получения требования о возврате займа;
• ответчик о пропуске исковой давности не заявил, иск признал, каких-либо пояснений относительно препятствий погасить имеющуюся задолженность в добровольном порядке не представил;
• стороны не представили запрошенные судом документы для установления целесообразности совершенной сделки займа, экономической разумности предоставления и получения займа, получения косвенной выгоды;
• истец не проявил заинтересованности в возврате займа на протяжении длительного периода времени, что свидетельствует об отсутствии заинтересованности в получении прибыли от предоставления займа.

Суды приняли во внимание, что в силу преамбулы Обзора от 08.07.2020 в судебной практике выявляются факты обращения в суд недобросовестных участников гражданского оборота в целях легализации доходов, полученных в результате нарушения законодательства, в том числе обращение в суд при действительном отсутствии спора для получения исполнительных документов и вывода денежных средств без соблюдения ограничений и правил, установленных Законом № 115-ФЗ, валютным, налоговым и таможенным законодательством. При рассмотрении экономических споров арбитражные суды вправе по своей инициативе проверять обстоятельства, касающиеся возможного обращения участников оборота к судебному порядку разрешения споров в целях легализации доходов, полученных с нарушением законодательства.

Суды также руководствовались пунктами 6 и 7 Обзора от 08.07.2020, согласно которым при наличии сомнений в реальности существования обязательства по сделке в ситуации, когда стороны спора заинтересованы в сокрытии действительной цели сделки, суд не лишен права исследовать вопрос о несовпадении воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий, в том числе, оценивая согласованность представленных доказательств, их соответствие сложившейся практике хозяйственных взаимоотношений, наличие или отсутствие убедительных пояснений разумности действий и решений сторон сделки.

Суды отметили, что мнимость или притворность сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их главным действительным намерением. При этом сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но при этом стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость.

При таких обстоятельствах суды пришли к выводу, что истец не доказал и не устранил сомнения относительно реальности договора займа, а подача искового заявления обусловлена целью легализации денежных средств и искусственным созданием задолженности. Действия сторон по заключению спорного договора расценены как недобросовестные (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункты 1, 75 Постановления № 25), в связи с чем в удовлетворении иска отказано.

Суд кассационной инстанции отклонил довод заявителя о том, что суды не дали оценку всем его доводам и доказательствам, указав, что отсутствие в мотивировочной части судебных актов выводов, касающихся оценки каждого представленного в дело доказательства, не свидетельствует о том, что оно не исследовалось и не оценивалось судами.

Суд кассационной инстанции признал, что иные доводы, приведенные в кассационной жалобе, не опровергают выводы судов, не свидетельствуют о неправильном применении норм материального права, а по существу направлены на переоценку установленных судами обстоятельств и исследованных доказательств, что не входит в компетенцию суда кассационной инстанции (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального и процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено. Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы в сумме 50 000 рублей отнесены на заявителя.

 

5.                        РАСПРЕДЕЛЕНИЕ ИМУЩЕСТВА ЛИКВИДИРОВАННОГО ЮРИДИЧЕСКОГО ЛИЦА, ОТНЕСЕННОГО К ГРУППЕ ВЫСОКОГО РИСКА

Ключевые выводы по разделу:

1. С момента ликвидации все денежные средства на счете принадлежат участникам общества (пункт 8 статьи 63 ГК РФ, пункт 1 статьи 67 ГК РФ).
2. Процедура распределения обнаруженного имущества (пункт 5.2 статьи 64 ГК РФ) не применяется, если имущество было распределено в период добровольной ликвидации.
3. Списание денежных средств в пользу участников допускается после исключения общества из ЕГРЮЛ (абзац 10 пункта 6 статьи 7.7 Закона N 115-ФЗ).

 

Постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 17.03.2026 по делу № А32-13436/2025 (суд удовлетворил иск участника ликвидированного общества к банку о взыскании остатка денежных средств, указав, что факт отнесения к группе высокой степени риска не препятствует перечислению остатка участникам)

 

Суд отказал в удовлетворении кассационной жалобы ПАО «Сбербанк России», оставив постановление апелляционного суда в силе на основании нижеследующего:

Участник ООО «Сварочные электроды» Сидоренко Ю.А. обратилась в Арбитражный суд Краснодарского края с иском к ПАО «Сбербанк России» о взыскании 519 318 руб. 06 коп. неосновательного обогащения, 39 439 руб. 72 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, а также 50 000 руб. расходов на оплату услуг представителя.

Решением суда первой инстанции от 20.06.2025 в удовлетворении иска отказано. Суд указал, что ликвидатором в налоговую инспекцию был предоставлен ликвидационный баланс, не содержащий сведения о спорных денежных средствах («нулевой баланс»), истцом в регистрирующий орган документы не сдавались.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.11.2025 решение суда первой инстанции отменено, иск удовлетворен полностью. Апелляционный суд исходил из того, что после ликвидации общества участник вправе претендовать на оставшееся имущество, а денежные средства были распределены в установленном порядке путем их включения в промежуточный ликвидационный баланс в пользу единственного участника общества.

В кассационной жалобе банк просил отменить постановление апелляционного суда и оставить в силе решение суда первой инстанции, ссылаясь на отсутствие доказательств отнесения отыскиваемых денежных средств на доходы банка, нахождение денежных средств на расчетном счете общества, недопустимость промежуточного ликвидационного баланса и протокола как доказательств, а также на возможное нарушение норм налогового законодательства.

Разрешая кассационную жалобу, суд округа руководствовался положениями пункта 1 статьи 67, пункта 8 статьи 63, пунктов 2, 5, 6 статьи 63, пункта 5.2 статьи 64, пункта 1 статьи 845 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 8 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», абзаца 10 пункта 6 статьи 7.7 Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», а также правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 14.08.2020 № 304-ЭС20-10950 и от 24.09.2024 № 309-ЭС24-4864.

Суд кассационной инстанции установил, что Сидоренко Ю.А. и Сидоренко А.А. являлись участниками ООО «Сварочные электроды» с долями по 50% каждый. 24.09.2024 они приняли решение о ликвидации общества, 24.12.2024 составили промежуточный ликвидационный баланс, 25.12.2024 — ликвидационный баланс. 13.01.2025 МИФНС № 16 по Краснодарскому краю внесла запись о ликвидации общества.

К дате составления ликвидационного баланса на расчетном счете общества в банке присутствовал остаток денежных средств, в связи с чем участники приняли решение перечислить остаток денежных средств участнику Сидоренко Ю.А. для дальнейшего распределения между участниками, что подтверждается протоколом от 25.12.2024 № 3/Л. Однако банк отказался перечислять денежные средства, указав, что их получение возможно только в рамках процедуры истребования имущества юридического лица.

Суд кассационной инстанции признал правильными выводы апелляционного суда. После ликвидации общества участник вправе претендовать на оставшееся имущество общества, поскольку право собственности на денежные средства общества принадлежит участникам, которые вправе получить их в отсутствие судебного решения о распределении имущества между кредиторами. Иной подход означал бы необоснованное лишение участников исключенного из ЕГРЮЛ общества права на получение имущества, что противоречит основным началам гражданского законодательства о неприкосновенности собственности.

Суд округа указал, что процедура распределения обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица (пункт 5.2 статьи 64 ГК РФ) в данной ситуации не может применяться, поскольку денежные средства общества были распределены в период реализации процедуры добровольной ликвидации в пользу единственного участника общества до даты ликвидации общества и прекращения его правосубъектности. При отсутствии кредиторов имущество ликвидированного юридического лица следует распределять между его участниками, что и было реализовано в данном случае.

Суд кассационной инстанции отклонил довод банка о недопустимости промежуточного ликвидационного баланса и протокола как доказательств, указав, что указанные документы оспорены не были, спор о распределении денежных средств отсутствует. Процесс ликвидации юридического лица является формализованным, Федеральным законом от 08.08.2001 № 129-ФЗ не предусмотрена обязанность ликвидаторов подавать в налоговый орган промежуточный ликвидационный баланс, иные документы, не предусмотренные указанным Законом, налоговым органом не принимаются.

Суд округа отметил, что с момента ликвидации общества все денежные средства, ранее находившиеся на расчетном счете общества, при условии принятия соответствующего решения ликвидатором, принадлежат истцу. У банка отсутствуют законные основания для удержания денежных средств на расчетном счете и невыдачи их Сидоренко Ю.А. Неприменение механизма распределения обнаруженного имущества не приведет к злоупотреблению участником своими правами, поскольку все установленные законом процедуры были выполнены надлежащим образом, а истец является единственным лицом, имеющим право претендовать на имущество общества, оставшееся после его ликвидации.

Относительно доводов банка о нарушении норм налогового законодательства, суд округа указал, что нормы Налогового кодекса не возлагают на банк функции налогового агента и обязанности удерживать НДФЛ у источника выплаты, банк не несет риск взыскания с него санкций в рамках налогового администрирования. У истца есть право отразить полученный доход в самостоятельно подаваемой в налоговый орган декларации, в противном случае уполномоченный налоговый орган вправе привлечь истца к ответственности.

Суд кассационной инстанции признал, что апелляционный суд правильно применил нормы материального права, выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам. Иные доводы кассационной жалобы направлены на переоценку доказательств, что не допускается в суде кассационной инстанции. Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта, не установлено. Приостановление исполнения судебного акта, введенное определением суда округа от 08.12.2025, отменено.

 

6.                          ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫЙ ПОДЛОГ КАК СПОСОБ СОВЕРШЕНИЯ ПРЕСТУПЛЕНИЯ ПО СТ. 187 УК РФ

Ключевые выводы по разделу:

1. Подделка документов может выражаться не только в незаконном изменении отдельных частей подлинного документа, но и в изготовлении нового документа, содержащего заведомо ложные сведения (п. 8 Постановления Пленума ВС РФ от 17.12.2020 № 43).
2. Неправомерность осуществления приема, выдачи и перевода денежных средств выражается в совершении их с нарушением порядка, установленного нормативными актами (ст. 9 Закона о национальной платежной системе).
3. Передача третьему лицу электронных средств платежа в обход систем идентификации клиента создает возможность анонимных финансовых операций и подрывает экономическую безопасность государства (п. 5 ст. 7 Закона № 115-ФЗ).
4. Общественная опасность содеянного состоит в том, что по открытому расчетному счету совершаются анонимные финансовые операции, источник происхождения которых и назначение неизвестны, что создает возможность легализации доходов.

 

Кассационное определение Верховного Суда РФ от 08.04.2026 № 56-УДП26-2-К9 (ВС РФ отменил оправдательный приговор, указав, что суд не учел разъяснения Пленума о подделке путем интеллектуального подлога; лицо, зарегистрировавшееся как ИП и передавшее третьему лицу банковскую карту, пин-код, логин и пароль, осознавало, что оно будет использовать счет для неправомерного перевода денежных средств)

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации удовлетворила кассационное представление заместителя Генерального прокурора РФ, отменила кассационное определение Девятого кассационного суда общей юрисдикции и направила уголовное дело на новое кассационное рассмотрение на основании нижеследующего:

Приговором Фрунзенского районного суда г. Владивостока от 31.07.2024 Муратова К.С. осуждена по ч. 1 ст. 187 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно со штрафом 100 000 руб. Постановлением Артемовского городского суда от 06.02.2025 условное осуждение отменено, Муратова направлена для отбывания наказания в виде 2 лет лишения свободы в исправительную колонию общего режима.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции от 04.08.2025 приговор и постановление отменены, уголовное дело прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в действиях Муратовой состава преступления с признанием права на реабилитацию.

В кассационном представлении заместитель Генерального прокурора РФ просил отменить кассационное определение, ссылаясь на то, что суд кассационной инстанции необоснованно пришел к выводу об отсутствии доказательств поддельности банковской карты и других документов, а также об отсутствии доказательств того, что электронные средства и носители информации изначально предназначались для неправомерного осуществления приема, выдачи, перевода денежных средств.

Отменяя судебные акты и направляя дело на новое кассационное рассмотрение, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ указала следующее:

В ходе предварительного следствия Муратова пояснила, что по просьбе неустановленного лица зарегистрировалась в качестве индивидуального предпринимателя, открыла банковский счет, создала электронно-цифровую подпись и передала их за денежное вознаграждение, осознавая, что неустановленное лицо будет использовать переданные документы и расчетный счет для неправомерного перевода денежных средств. Сама Муратова предпринимательскую деятельность не осуществляла.

На основании предоставленных Муратовой ложных сведений банк изготовил электронные средства и носители информации, содержащие недостоверную информацию о лице, который будет пользоваться банковским счетом.

В соответствии с п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 324-327.1 УК РФ», подделкой признаются как незаконное изменение подлинного документа, так и изготовление нового, содержащего заведомо ложные сведения (интеллектуальный подлог). Данное разъяснение не было учтено судом кассационной инстанции при оценке показаний Муратовой и изготовленных электронных средств на предмет их поддельности.

Неправомерность приема, выдачи или перевода денежных средств выражается в совершении их с нарушением порядка, установленного нормативными актами. Согласно ст. 9 Федерального закона «О национальной платежной системе», использование расчетного счета возможно только указанными в договоре с банком лицами. Запрет на осуществление операций иными лицами обусловлен необходимостью соблюдения требований п. 5 ст. 7 Федерального закона № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма».

Из документов об открытии счета и условий банковского обслуживания следует, что полномочия на доступ к системе дистанционного обслуживания принадлежат только Муратовой. Она была предупреждена о недопустимости передачи ключей доступа иным лицам, что подтверждено показаниями сотрудника банка.

Муратова, будучи предупрежденной о недопустимости передачи ключей доступа к счетам иным лицам, сбыла за вознаграждение электронные средства и носители информации третьему лицу с целью предоставления ему доступа к дистанционному банковскому обслуживанию и осуществления операций анонимно, в обход систем идентификации клиента, что подрывает экономическую безопасность государства и создает возможность легализации доходов, полученных незаконным путем.

Кассационное определение 9 КСОЮ отменено как не отвечающее требованиям законности и обоснованности, уголовное дело передано на новое кассационное рассмотрение в тот же суд иным составом суда. При новом рассмотрении суду необходимо дать объективную оценку фактическим обстоятельствам с учетом разъяснений Пленума Верховного Суда РФ и правильно применить положения уголовного закона и федеральных законов в сфере банковского обслуживания.

 

7.                          О ЗАКОННОСТИ ПРИМЕНЕНИЯ КРЕДИТНЫМИ ОРГАНИЗАЦИЯМИ МЕР, ПРЕДУСМОТРЕННЫХ ПУНКТОМ 5 СТАТЬИ 7.7 ЗАКОНА № 115-ФЗ

Ключевые выводы по разделу:

1. Отказ банка в проведении операций, подтвержденный решением Межведомственной комиссии, соответствует п. 5 ст. 7.7 Закона № 115-ФЗ.
2. Суд округа вправе отменить судебные акты нижестоящих судов, если их выводы противоречат обстоятельствам дела.
3. Оценка обоснованности применения мер по п. 5 ст. 7.7 Закона № 115-ФЗ осуществляется в рамках судебного контроля, но решение Межведомственной комиссии не является ненормативным актом, подлежащим самостоятельному оспариванию.
4. Отказ банка в проведении банковских операций, основанный на результатах внутреннего контроля и подтвержденный решением Межведомственной комиссии при Банке России, является законным. Решение Межведомственной комиссии о наличии оснований для применения к заявителю мер, предусмотренных пунктом 5 статьи 7.7 Закона № 115-ФЗ, не может быть оспорено в судебном порядке как ненормативный акт.

Определение Верховного Суда РФ от 08.05.2026 № 307-ЭС26-3272 — ВС РФ отказал в передаче кассационной жалобы, указав, что отказ банка в проведении операций основан на результатах внутреннего контроля и подтвержден решением Межведомственной комиссии; суд округа правомерно отменил судебные акты нижестоящих судов – см. анализ акта в П.1.

 

8.                         СУЩНОСТНЫЙ СУДЕБНЫЙ КОНТРОЛЬ ЗА ДЕЙСТВИЯМИ БАНКОВ ПО ОГРАНИЧЕНИЮ ДБО

Ключевые выводы по разделу:

1. Судебный контроль за действиями кредитных организаций по применению мер, предусмотренных Законом № 115-ФЗ, не должен ограничиваться формальной проверкой наличия у банка полномочий на применение таких мер, а должен носить сущностный характер, предполагающий анализ действительных причин применения мер и высокой вероятности осуществления подозрительных операций.
2. Если клиент представляет документы, которые разумно могут быть представлены в подобной ситуации, бремя доказывания того, что клиентом действительно совершаются подозрительные операции, возлагается на банк, который должен представить доказательства, на которых он основывал собственное решение о применении мер, предусмотренных Законом № 115-ФЗ. Непредставление банком достаточных доказательств существования высокой вероятности осуществления подозрительных операций является основанием для удовлетворения требования клиента о восстановлении дистанционного банковского обслуживания.
3. В случае повторного ограничения дистанционного банковского обслуживания после вступления в законную силу судебного акта, которым действия банка признаны незаконными, банк обязан представить доказательства наличия новых обстоятельств, которые не могли быть приняты во внимание в ходе предшествующего разбирательства. Повторное ограничение ДБО на следующий день после изготовления мотивировочной части апелляционного постановления по предшествующему делу, при отсутствии новых обстоятельств, свидетельствует о формальном подходе к исполнению судебного акта.
4. Действия банка подлежат оценке на предмет соответствия статьям 1 и 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (добросовестность, запрет злоупотребления правом). Исполнение решения по восстановлению доступа к дистанционному банковскому обслуживанию не может носить формальный характер, направленный исключительно на прекращение начисления судебной неустойки. Банк не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения, восстанавливая доступ к ДБО лишь для того, чтобы немедленно ограничить его вновь.
5. Делегирование осуществления публичных функций контроля за легализацией денежных средств частным кредитным организациям не снижает уровень правовых гарантий частных субъектов предпринимательской деятельности. Лица, конституционные права и свободы которых были ограничены на основании применения положений Закона № 115-ФЗ, вправе требовать последующего судебного контроля за принятым кредитной организацией решением, который не должен быть формальным.

 

Постановление Арбитражного суда Московского округа от 29.05.2026 по делу № А40-255384/2024 — Суд кассационной инстанции отменил судебные акты нижестоящих судов и направил дело на новое рассмотрение, указав, что судебный контроль за действиями банков по применению мер, предусмотренных Законом № 115-ФЗ, не должен ограничиваться формальной проверкой наличия полномочий, а должен носить сущностный характер.

Как следует из материалов дела, Общество «ВТК» обратилось в суд с иском к Банку о признании незаконными действий по повторному ограничению дистанционного банковского обслуживания (ДБО) после того, как в рамках дела № А40-67548/2024 аналогичные действия Банка уже были признаны незаконными и на Банк возложена обязанность восстановить доступ к ДБО. Банк восстановил доступ, но уже на следующий день после изготовления мотивировочной части апелляционного постановления повторно ограничил ДБО по тем же основаниям.

Суды первой и апелляционной инстанций отказали в удовлетворении иска, признав действия Банка законными. Суд округа отменил судебные акты, указав на следующие существенные нарушения.

При рассмотрении дела № А40-67548/2024 с участием тех же лиц достоверно установлено, что в операциях Общества за предшествующий период признаки необычности и подозрительности отсутствуют. Правовую оценку получили, в том числе, операции с контрагентом Пригородовым В.В.

При таких обстоятельствах Банк в настоящем деле должен был представить доказательства, учитывая незначительный промежуток между вступлением в законную силу судебного акта по делу № А40-67548/2024 и повторным ограничением дистанционного банковского обслуживания (фактически повторное ограничение было осуществлено на следующий день после изготовления мотивировочной части апелляционного постановления), наличия обстоятельств, которые не могли быть приняты во внимание в ходе предшествующего разбирательства.

Вопреки положениям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Банком не представлено документального подтверждения наличия подобных обстоятельств.

Суд кассационной инстанции также указал, что суды не оценили действия Банка на предмет соответствия положениям статей 1 и 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не подвергли критической оценке то обстоятельство, что доступ к ДБО был повторно ограничен Банком уже на следующий день после изготовления мотивировочной части апелляционного постановления по предшествующему делу, в рамках которого на ответчика возложена обязанность по восстановлению ДБО. Банком также не было подтверждено, какой именно объем сведений в данном конкретном случае являлся бы достаточным для снятия введенных ограничений.

Суд округа сформулировал правовую позицию о том, что исполнение решения по восстановлению доступа к ДБО не может носить формальный характер, направленный исключительно на прекращение начисления судебной неустойки. Действия банка в таких ситуациях должны быть подвержены оценке на предмет соответствия стандарту поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны.

Кроме того, суд указал, что делегирование осуществления публичных функций контроля за легализацией денежных средств частным кредитным организациям не может снижать уровень правовых гарантий частных субъектов предпринимательской деятельности. Лица, конституционные права и свободы которых были ограничены на основании применения положений Закона № 115-ФЗ, вправе требовать последующего судебного контроля за принятым кредитной организацией решением, который не должен ограничиваться формальной проверкой наличия полномочий банка, а должен носить сущностный характер.

9.                        ПОСТАНОВЛЕНИЕ     АРБИТРАЖНОГО     СУДА     СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА ОТ 11.02.2026 № Ф07-13389/2025 ПО ДЕЛУ № А44-1497/2025

Суд отказал в удовлетворении кассационной жалобы заявителя, оставил судебные акты нижестоящих судов в силе на основании нижеследующего:

ИП Горячева Мария Александровна обратилась в Арбитражный суд Новгородской области с заявлением о признании незаконным и изменении постановления Межрегионального управления Федеральной службы по финансовому мониторингу по Северо-Западному федеральному округу о привлечении к административной ответственности, предусмотренной частью 1 статьи 15.27 КоАП РФ в части назначения 80 000 руб. штрафа с заменой его на предупреждение.

Решением суда первой инстанции оспариваемое постановление признано незаконным и изменено в части назначенного Предпринимателю административного наказания в виде 80 000 руб. штрафа. Суд назначил Предпринимателю административное наказание в виде предупреждения. Постановлением суда апелляционной инстанции решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В кассационной жалобе Управление просит отменить принятые судебные акты и отказать в удовлетворении заявления. Податель жалобы полагает, что в рассматриваемом деле у суда первой инстанции отсутствовали предусмотренные статьей 4.1.1 КоАП РФ основания для замены административного штрафа на предупреждение, поскольку судом проигнорировано существенное для применения такой меры обстоятельство — как наличие угрозы безопасности государства. Податель жалобы обращает внимание на формальный состав правонарушения и предмет проверки, а именно, принятие Предпринимателем надлежащих мер по ПОД/ФТ/ФРОМУ.

Суды не установили существенных процессуальных нарушений в ходе производства по делу об административном правонарушении, а также оснований для признания правонарушения малозначительным (статья 2.9 КоАП РФ). Вместе с тем, с учетом конкретных обстоятельств дела, счел возможным назначенный Управлением административный штраф заменить на предупреждение (статья 4.1.1 КоАП РФ).

В рассматриваемом случае предусмотренная статьями 3.4 и 4.1.1 КоАП РФ совокупность обстоятельств судом первой инстанции установлена: доказательства привлечения Предпринимателя ранее к административной ответственности суду не представлены, равно как не имеется в деле доказательств того, что допущенное заявителем правонарушение фактически повлекло причинение вреда жизни и здоровью людей, объектам животного и растительного мира, окружающей среде, объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов Российской Федерации, безопасности государства либо возникновение угрозы причинения такого вреда.

Суды правильно обратили внимание на то, что само по себе утверждение о существенной угрозе государственной безопасности в отсутствие доказательств такой угрозы препятствием применения наказания в виде предупреждения не является. Для оценки угрозы причинения вреда объектам, перечисленным в части 2 статьи 3.4 КоАП РФ, как препятствия применения наказания в виде предупреждения, соответствующая опасность должна иметь реальный, непосредственный и значительный, а не потенциальный характер и подтверждаться относимыми и допустимыми доказательствами.

Достоверных и достаточных доказательств, свидетельствующих о реальном наличии такой угрозы в материалы дела не представлено. Сам по себе формальный состав правонарушения (при доказанности события правонарушения) не нивелирует обязанность доказывания наличия угрозы (ее реальности) при определении меры административного воздействия на привлекаемое к ответственности лицо.

Следует также отметить, что в оспариваемом постановлении Управление указало на отсутствие обстоятельств, отягчающих административную ответственность предпринимателя, а, напротив, учло обстоятельство, смягчающее административную ответственность (раскаяние лица, совершившего административное правонарушение).

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ АРБИТРАЖНОГО СУДА УРАЛЬСКОГО ОКРУГА ОТ 04.03.2026 № Ф09-6052/25 ПО ДЕЛУ № А60-19603/2025

 

Суд отменил судебные акты нижестоящих судов и отправил дело на новое рассмотрение на основании следующего:

ИП Волженцев Алексей Борисович обратился в Арбитражный суд Свердловской области с иском к ООО «А-Ноут» о взыскании убытков. Нижестоящие суды отказали в удовлетворении требований заявителя.

Заявитель указывает, что взыскиваемые убытки составляют разницу между ценой товара, оплаченной ответчику по договору поставки и ценой товара по замещающей сделке, заключенной с обществом «Голд Тайм», и возникшие ввиду неисполнения обществом «А-Ноут» обязательств по поставке 300 грамм золота.

Заявитель жалобы полагает, что суды неправильно квалифицировали обстоятельства блокировки счета ответчика банком по Федеральному закону от 07.08.2001 № 115-ФЗ как обстоятельства непреодолимой силы, освободив ответчика от ответственности за неисполнение обязательства по поставке товара.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции руководствовался статьями 15, 307, 309 — 310, 393, 421 ГК РФ, Законом № 115-ФЗ, не усмотрев причинной связи между действиями ответчика и возникшими у истца убытками, полагая, что общество «А-Ноут» не могло предвидеть факт принятия банком решения об отнесении его к группе высокой степени (уровня) риска и применении к нему мер, предусмотренных пунктом 5 статьи 7.7 Закона № 115-ФЗ, равно как и последствия принятия такого решения, в виде наложения ограничений на его расчетный счет, и исходил из отсутствия доказательств совокупности условий для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков в заявленном размере, указав, что убытки истца относится к предпринимательскому риску и их взыскание не предусмотрено действующим законодательством.

Между тем, разрешая спор и отказывая в удовлетворении иска, суды первой и апелляционной инстанций не учли, что применение банком в отношении ответчика мер, предусмотренных Законом

№ 115-ФЗ, и отсутствие у ответчика денежных средств для приобретения товара с целью последующей его передачи истцу не может быть отнесено к обстоятельствам непреодолимой силы.

Выводы судов о непредоставлении истцом доказательств, которые позволяют установить разумную степень достоверности размера причиненных убытков, основаны на неверном распределении между сторонами спора бремени доказывания обстоятельств.

 

10.                    ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОТ

16.02.2026 № 308-ЭС25-11615 ПО ДЕЛУ № А32-29429/2024

 

По кассационной жалобе АО «Альфа-Банк» Верховый суд РФ отменил решение нижестоящих судов о взыскании с ООО «Х-ДЗОР» задолженности в пользу Абрамова Карена Зориковича по договору денежного займа с процентами, а также по иску ООО «Х-ДЗОР» к АО «Альфа-Банк» о взыскании ущерба.

Как следует из судебных актов и материалов дела, на расчетный счет ООО «Х-ДЗОР» в АО

«Альфа-Банк» от ООО «СветЭлектроМонтаж» поступили денежные средства в общей сумме 14 152 500 рублей.

Используя систему дистанционного банковского обслуживания, общество сформировало платежное поручение о переводе на сумму 13 712 000 рублей в адрес ООО НПФ «ТЕХИНКОМ» на основании выставленного последним счета.

Со ссылкой на исполнение требований Федерального закона от 7 августа 2001 г. N 115-ФЗ банк направил обществу запрос о необходимости представить договоры с ООО «СветЭлектроМонтаж» и ООО НПФ «ТЕХИНКОМ» и прочие документы, являющиеся частью договоров и раскрывающие суть деятельности. В ответ на запрос общество представило запрашиваемые документы.

12.03.2024 АО «Альфа-Банк» ограничило обществу лимит операций в Интернет-банке: остались доступны переводы в бюджет без ограничений, кроме платежей за третье лицо; переводы на счета юридических лиц и индивидуальных предпринимателей для оплаты хозяйственных расходов — до 200 000 рублей в месяц; на счета физических лиц в банке для выплаты зарплаты — 50 000 рублей в месяц. Другие платежные документы могли быть представлены в бумажном виде в отделение банка. В тот же день между ООО «Х-ДЗОР» и ИП Абрамовым К.З. заключен договор денежного займа с процентами. Заем предоставлен предпринимателем путем перечисления средств на расчетный счет ООО НПФ «ТЕХИНКОМ». После получения оплаты ООО ПКФ «ТЕХИНКОМ» произвело отгрузку товаров.

АО «Альфа-Банк», изучив указанные документы, дополнительно представленные ООО «Х- ДЗОР», уведомило общество о снятии ограничения на использование системы ДБО «Альфа-Бизнес Онлайн».

Общество возвратило ИП Абрамову К.З. основную сумму долга по договору займа. Проценты по договору не оплачены, претензия предпринимателя обществом не исполнена, в связи с чем предприниматель обратился в суд с иском по настоящему делу. Ссылаясь на предъявленные требования, общество, в свою очередь, обратилось с иском к АО «Альфа-Банк», требуя компенсации убытков в виде начисленных предпринимателем процентов за пользование займом и неустойки за просрочку его возврата, причиненных, согласно поддержанной судами позиции общества, незаконными действиями банка.

Нижестоящими судами взыскана сумма процентов и неустойки с общества и далее квалифицирована как убытки, подлежащие возмещению обществу со стороны банка.

Между тем судами не учтено следующее:

В связи с этим ограничение дистанционного банковского обслуживания является договорной мерой, направленной на устранение подозрений кредитной организации, возникающих в отношении совершаемых клиентом операций, и создание условий для обоснованного последующего применения мер, предусмотренных, в частности, пунктами 5.2 и 11 статьи 7, пунктом 5 статьи 7.7 Закона N 115-ФЗ.

Отказ кредитной организации в предоставлении дистанционного обслуживания не создает ограничений в использовании денежных средств, размещенных на банковском счете, — по смыслу пункта 3 статьи 845 Гражданского кодекса, и подразумевает лишь отказ в предоставлении плательщику услуги по передаче банку платежных распоряжений посредством информационно- телекоммуникационных технологий.

 

11.                    ПОСТАНОВЛЕНИЕ               ОДИННАДЦАТОГО               АРБИТРАЖНОГО АПЕЛЛЯЦИОННОГО СУДА от 02.10.2025 по делу № А55-146/2025

 

Налоговыми органами оспаривалось решение суда первой инстанции, согласно которому иск ИП Джураева И.И. о признании незаконным решения МИФНС № 23 по Самарской области об отказе в возврате положительного сальдо на едином налоговом счете налогоплательщику удовлетворен в полном объеме.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд принял по делу новый судебный акт, которым отказал в удовлетворении искового заявления ИП Джураеву И.И. В своем постановлении суд указал на следующие обстоятельства:

Как следует из материалов дела, истцом поданы заявления о распоряжении суммой денежных средств, формирующих положительное сальдо единого налогового счета, путем возврата денежных средств. МИФНС № 23 сформированы отказы по причине: «В связи с не подтверждением данных сумм к возврату отделом камеральных налоговых проверок, Заявленная к возврату сумма находится на проверке. После завершения мероприятий, Вам необходимо повторно подать заявление о возврате».

На указанное решение была подана жалоба. По результатам рассмотрения жалобы УФНС России по Самарской области было вынесено решение об оставлении жалобы без удовлетворения. В обоснование действий инспекции УФНС России по Самарской области в своем решение указывает, что общая сумма налогов к уплате за период осуществления предпринимательской деятельности ИП Джураевым И.И. составила 12.470,84 рублей. При этом уплачено налогоплательщиком в качестве ЕНП в общей сумме 2.537.400 рублей.

Управление считает, что действия налогоплательщика являются недобросовестным поведением, направленным на «обналичивание» денежных средств с целью преодоления процедуры блокировки операций по счетам ИП на основании Закона № 115.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции сослался на то, что оснований для отказа в исполнение такого заявления, кроме как отсутствие положительного сальдо на едином налоговом счете, налоговое законодательство не предусматривает.

Однако судом первой инстанции не дано надлежащей оценки доводам о недобросовестности Джураева И.И., которые приводились налоговым органом в возражениях на исковое заявление и представленным в подтверждение этих доводов документам. В частности, указано на то, что фактически Джураев И.И., под видом хозяйственной деятельности связанной со строительством, встроен в схемы по обналичиванию денежных средств и уклонению от уплаты налогов.

ИП Джураев И.И. состоит на налоговом учете в МИФНС России № 18 по Самарской области в качестве ИП с 13.08.2024 по 04.10.2024 деятельность по ОКВЭД — строительство жилых и нежилых зданий, повторная регистрация осуществлена с 02.11.2024 ОКВЭД — деятельность в области фотографии.

В результате анализа выписок о движении денежных средств по счетам ИП Джураева И.И. за период с 01.01.2024 по 31.12.2024 выявлено, что ИП Джураев И.И. не привлекал к работам третьих лиц, отсутствуют операции для реального осуществления финансово-хозяйственной деятельности.

В данном случае материалами дела подтверждается, что перечисление денежных средств в сумме 2.537.400,00 руб. в качестве Единого налогового платежа за счет ИП Джураева И.И. не имело своей целью исполнение обязанности по уплате налоговых платежей в бюджетную систему Российской Федерации, реальной целью платежа было создание возможности вывести денежные средства с расчетного счета индивидуального предпринимателя на расчетные счета физического лица Джураева И.И., для последующего обналичивания, а также уход от уплаты комиссии за перевод денежных средств на расчетные счета физического лица в стороннем банке.

По мнению Росфинмониторинга, такие необоснованные перечисления в бюджет с последующим возвратом имеют целью разрыв транзитной цепочки и уход от банковского контроля, поскольку, кредитные организации зачастую не рассматривают поступления денежных средств из бюджета на счета как сомнительные. Банк в большинстве случаев не видит всей цепочки операции, предшествующих поступлению средств на счет.

Управление Росфинмониторинга указывает также, что провело оценку обстоятельств судебного спора, опираясь на нормы действующего законодательства о ПОД/ФТ, полномочия, возложенные процессуальными актами на Росфинмониторинг, а также на сведения, имеющиеся в распоряжении Управления, по результатам которой в отношении ИП Джураева И.И., а также его контрагентов (ООО «Покров», ООО «СК КВАДР», ООО «Грандстрой», ООО «Ленфасад», ООО «Техно-м», ООО «Квантум», ООО «Невские Ресурсы») установлена информация, свидетельствующая о наличии признаков, указывающих на реализацию типологии, направленной на обход законодательства о ПОД/ФТ/ФРОМУ, механизмом которой является осуществление налоговых платежей, связанных с необоснованным перечислением денежных средств на бюджетные счета и их последующим возвратом.

 

12.                    ПОСТАНОВЛЕНИЕ АРБИТРАЖНОГО СУДА ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА от 27.10.2025 по делу № А67-1885/2024

 

ООО «Континенталь» оспаривалось решение апелляционного суда, согласно которому иск ООО «Меридиан» к Сердитову Дмитрию Викторовичу и ООО «Континенталь» о признании недействительным договора и применении последствий его недействительности удовлетворен.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа отказал в удовлетворении кассационной жалобы, решение апелляционного суда оставил без изменений, ссылаясь на следующее:

ООО «Меридиан» обратилось в суд с иском к Сердитову Дмитрию Викторовичу и ООО

«Континенталь» (далее также – «Компания») о признании недействительным (ничтожным) договора поставки, заключенного между обществом и компанией, применении последствий его недействительности в виде взыскания с ответчиков солидарно 18 744 384,99 руб. в пользу общества либо Российской Федерации, солидарном взыскании с ответчиков в пользу общества 18 744 384,99 руб. в возмещение ущерба, причиненного преступлением.

Решением от 24.02.2025 Арбитражного суда Томской области (судья Воронина С.В.) в иске отказано. Постановлением от 12.05.2025 Седьмого арбитражного апелляционного суда решение отменено, принят новый судебный акт, которым договор признан недействительным, применены последствия его недействительности в виде солидарного взыскания с ответчиков в пользу Российской Федерации 18 744 384,99 руб., распределены судебные расходы.

Как следует из материалов дела и установлено судами, между обществом (поставщик) и компанией (покупатель) заключен договор, по условиям которого поставщик принял на себя обязательство поставлять в собственность покупателя лесоматериалы хвойных пород, а покупатель

— принимать и оплачивать товар. Договор расторгнут сторонами соглашением 14.09.2021, в силу пункта 3 которого все обязательства по договору исполнены надлежащим образом, стороны не имеют друг к другу никаких претензий.

Вступившим в законную силу приговором от 29.03.2023 установлено, что в период с 10.12.2020 по 14.09.2021 во исполнение договора лесоматериалов хвойных пород (лес круглый) реализовано обществом по заниженной стоимости.

Разница между договорной и реальной стоимостью лесоматериала составила 18 744 384,99 руб., из которых при согласовании в договоре стоимости товара ниже рыночной денежные средства в размере 15 000 000 руб. предназначалась директору компании Сердитову Д.В. по достигнутой ранее с контролирующим общество лицом — Залогиным А.Н. договоренности о передаче должностному лицу в качестве взятки за содействие в решении вопроса о прекращении уголовного дела и уголовного преследования в отношении Залогина А.Н. и его родственников.

Приговором Сердитов Д.В. признан виновным в совершении мошенничества в особо крупном размере. Ранее постановлением от 29.07.2022 старшего следователя уголовное дело и уголовное преследование в отношении Залогина А.Н. прекращено в связи с деятельным раскаянием.

Полагая, что создание договорной связи опосредовано совершением контролирующих общество и компанию лиц (Залогин А.Н. и Сердитов Д.В., соответственно) противоправными расчетами, наличие и размер которых подтверждены вступившим в законную силу приговором, общество обратилось с иском о признании договора недействительным по статье 169 ГК РФ и применении последствий недействительности.

Фактически оспариваемый в настоящем деле договор представляет собой притворную сделку, прикрывающую поставкой передачу части имущества (круглого леса) в целях, противных основам правопорядка.

В данном случае исходя из конкретных установленных обстоятельств (реализация имущества по заниженной цене, направление части денежных средств на реализацию антисоциальной сделки) апелляционным судом прикрываемая сделка квалифицирована как антисоциальная, направленная на незаконное выведение из легального гражданского оборота денежных средств, подчиненная правилам статьи 169 ГК РФ.

Оспаривая возможность применения в рассматриваемой ситуации статьи 169 ГК РФ, кассатор, имея целью легализовать сделку, выражает прежде всего несогласие с допустимым данной нормой в качестве последствий недействительности сделки взысканием полученного по ней в доход государства, признанным апелляционным судом единственно возможным с учетом направленности сделки.

13.                    ПОСТАНОВЛЕНИЕ АРБИТРАЖНОГО СУДА МОСКОВСКОГО ОКРУГА от

06.10.2025 по делу № А40- 187059/2024

Общество с ограниченной ответственностью «Статус-К» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к акционерному обществу «Альфа-Банк» об обязании возобновить дистанционное банковское обслуживание.

Решением нижестоящих судов в удовлетворении исковых требований отказано. Не согласившись с итоговыми актами, Общество обратилось в суд с кассационной жалобой, в которой просит отменить принятые по делу судебные акты, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований. Арбитражный суд Московского округа направил дело на новое рассмотрение, ссылаясь на следующие обстоятельства:

21 мая 2024 года Банком был установлен лимит на проведение платежей в системе дистанционного банковского обслуживания «Альфа-Бизнес Онлайн». Клиенту было направлено уведомление с разъяснением причин введенных ограничений и с запросом на предоставление дополнительных документов. Несмотря на представление истцом запрошенных документов, Банк посчитал их недостаточными и не устраняющими имеющиеся подозрения.

Нижестоящие суды указали, что в ходе анализа операций Общества выявлены признаки высокого риска легализации (отмывания) денежных средств. Денежные средства, поступавшие на счет истца от ООО «СК Перспектива», в транзитном порядке перечислялись на счет ООО «Кьюго Тек» с назначением «Пополнение виртуального счета», что соответствует типологии сомнительных операций. Деятельность истца не соответствовала заявленному виду деятельности, а схема расчетов носила транзитный характер и свидетельствовала о высоком риске осуществления сомнительных операций, предусмотренных п. 2 ст. 7 Закона № 115-ФЗ. Представленные истцом документы не позволили Банку устранить сомнения в правомерности операций.

Между тем, действующее законодательство не ограничивает юридическое лицо получать денежные средства только от одного контрагента. В настоящем случае истец представил Банку исчерпывающий перечень документов, которые являются основанием для получения и перечисления денежных средств.

Кроме того, из открытых источников следует, что ООО «Кьюго ТЕК» является платформой по поиску заказов и автоматизации расчетов между заказчиками и исполнителями заданий: юридическими лицами, индивидуальными предпринимателями и самозанятыми. Указанное подтверждает данные истцом пояснения в той части, что фактически Обществом выполняются посреднические функции — оно заключает договор подряда с определенным заказчиком, а впоследствии осуществляет поиск исполнителей для осуществления работ и оплачивает выполненные работы.

Иными словами, Общество получает вознаграждение за оказанные услуги в размере разницы между стоимостью работ по договору подряда (субподряда) и стоимостью фактически выполненных работ исполнителями, поиск которых осуществляется с помощью платформы Qugo.

Указанная модель осуществления хозяйственной деятельности на данный момент не является запрещенной, представляет собой допустимую вариацию хозяйственной деятельности, то есть само по себе не может являться основанием для применения мер, предусмотренных Законом № 115-ФЗ.

Кроме того, оказываемые Обществом услуги подпадают под те виды ОКВЭД, которые указаны в выписке в отношении Общества из Единого государственного реестра юридических лиц. В частности, у Общества на момент введения ограничений зарегистрированы следующие ОКВЭД:    43.21                 «Производство               электромонтажных    работ»,   43.99   «Работы   строительные специализированные прочие, не включенные в другие группировки».

 

14.                    ПОСТАНОВЛЕНИЕ АРБИТРАЖНОГО СУДА МОСКОВСКОГО ОКРУГА от

18.09.2025 по делу № А40- 154222/2024

 

Общество с ограниченной ответственностью «ССМ Трейдинг» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к акционерному обществу «Российский сельскохозяйственный банк» о признании незаконной блокировки дистанционного банковского обслуживания расчетного счета; об обязании ответчика восстановить дистанционное банковское обслуживание указанного расчетного счета; о взыскании судебной неустойки (астрента).

Нижестоящие суды удовлетворили исковое заявление «ССМ Трейдинг». Не согласившись с решением, Банк обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой. Кассационная инстанция оставила в силе решение суда нижестоящих судов, указывая на следующие обстоятельства:

Банк, ссылаясь на положения Закона № 115-ФЗ, направил в адрес клиента через личный кабинет запрос о предоставлении документов и информации общего характера, касающихся финансово-хозяйственной деятельности истца.

Запрос не содержал конкретизации относительно того, по каким именно фактам и на основании каких признаков у банка возникли подозрения в том, что операции клиента могут быть связаны с легализацией (отмыванием) доходов, финансированием терроризма или распространения оружия массового уничтожения.

Срок для предоставления запрашиваемых документов и информации был определен до 28 мая 2024 года.

Истец указывает, что не дожидаясь ответа и до истечения установленного в запросе срока, 22 мая 2024 года Банк в одностороннем порядке, без предварительного уведомления и объяснения причин, заблокировал дистанционное банковское обслуживание расчетного счета.

27 мая 2024 года истец направил в Банк все требуемые документы. Несмотря на это, доступ к системе дистанционного банковского обслуживания истцу предоставлен не был.

Суды исходили из того, что подозрения банка носят оценочный характер, не имеют материального и документального обоснования, при этом операции истца носят законный характер и не противоречат нормам права.

Суды отметили, что Банк не указал Обществу, какие конкретно документы необходимо представить для недопущения отключения от системы ДБО, Банк в материалы дела не представил доказательств того, что операции Общества носят подозрительный характер.

При этом Закон N 115-ФЗ не предоставляет банку право запрашивать открытый и ничем не ограниченный перечень документов. Истец в данном случае не обязан предоставлять всю имеющуюся у себя документацию. В противном случае на лицо было бы возложено невыполнимое бремя доказывания собственной невиновности в виде предоставления всей имеющейся у него документации, что потенциально способно парализовать осуществление хозяйственной деятельности субъектом.

Закон N 115-ФЗ предоставляет кредитным организациям самостоятельно в каждом конкретном случае принимать решение об отнесении той или иной сделки к категории подозрительных, однако указанное правило не означает, что кредитная организация при применении положений указанного закона вправе действовать произвольно.

Судами установлено и из материалов дела усматривается, что Банк не представил надлежащего документального подтверждения принятого решения об ограничении дистанционного банковского обслуживания, несмотря на ответ клиента и предоставление документации о хозяйственной деятельности. Подозрения Банка, по сути, носят оценочный характер, не имеют какого-либо подтверждения.

Ни в одном процессуальном документе Банк не указывает, какие дополнительные документы мог бы предоставить истец, чтобы избежать ограничения ДБО.

С учетом изложенного суд кассационной инстанции констатирует, что Банк не выполнил возложенное на него бремя доказывания осуществления истцом подозрительных операций, суды правомерно восстановили дистанционное банковское обслуживание клиента.

 

15.                    ПОСТАНОВЛЕНИЕ АРБИТРАЖНОГО СУДА ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

от 02.09.2025 по делу № А79-4863/2024

 

Заявителем оспаривалось решение суда апелляционной инстанции, которым Заявителю в удовлетворении искового заявления о признании незаконным действия по ограничению дистанционного банковского обслуживания по договору о расчетном кассовом обслуживании

«Сбербанк Бизнес Онлайн» по расчетному счету и обязании Банка обеспечить и восстановить полный доступ к системе «Сбербанк Бизнес Онлайн» для дистанционного осуществления операций по счету было отказано.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа оставил в силе решение суда апелляционной инстанции, указывая на следующие обстоятельства:

В результате мониторинга проводимых Заявителем операций с 13.12.2023 по 12.03.2024 по счету, Банк выявил операции, которые, по его мнению, имели сомнительный характер и подпадали под код признака 1423, и соответствовали признакам, указанным в Положении Банка России от 02.03.2012 N 375-П, указывающим на их необычный характер.

Банк направил клиенту запрос от 13.03.2024 о предоставлении документов с целью пояснения характера экономического смысла совершенных операций по расчетному счету клиента в период с 13.12.2023 по 12.03.2024.

Заявитель 22.03.2024, 24.04.2024, 14.05.2024, представлял информацию (пояснения) и документы.

В результате проведенного анализа операций клиента, предоставленных документов и информации, Банком установлено, что имеются отдельные признаки ведения клиентом реальной хозяйственной деятельности, но при этом, имеются подозрения в том, что деятельность клиента частично направлена на создание формального документооборота и видимости ведения реальной хозяйственной деятельности, с целью вывода денежных средств в интересах третьих лиц.

На основании Условий, Банк ограничил предоставление услуг ДБО без блокировки денежных средств на счете.

В ходе проведения банком анализа операций и осуществляемой деятельности истца установлены факторы риска вовлечения банка в операции, связанные с легализацией (отмыванием) доходов, полученных преступным путем. Банк не смог сделать однозначный вывод об очевидном экономическом смысле и очевидной законной цели проводимых операций.

Банк, не располагающий достаточными сведениями, подтверждающими законность операции, по счету истца как клиента, действовал правомерно, в рамках действующего законодательства.

Принятие банком ограничительных мер в отношении клиентов (в том числе мер по блокировке ДБО) осуществляется не по факту наличия доказательств, что операции клиента противоречат закону, а по факту возникновения подозрений, что операции клиента соответствуют признакам подозрительных операций (являются сомнительными операциями).

Банк не обязан с достоверностью доказывать совершение клиентом операций в противоправных целях для совершения действий по блокировке ДБО, для этого достаточно, чтобы у банка возникли обоснованные подозрения. В свою очередь клиенту предоставляется возможность опровергнуть подозрения банка путем представления пояснений и подтверждающих документов.

Кроме того, Банк, не ссылался на транзитный характер операций, а указал на отсутствие по счету истца операций по выплате заработной платы, закупке оборудования, об оплате услуг для бизнеса, аренды помещения, оплате транспортных услуг. 98 процентов оборота по счету (9,7 млн. руб.) переведены на счет физического лица и сняты в наличной денежной форме.

Суд апелляционной инстанции установил, что даже с учетом дополнительных доказательств, представленных истцом при рассмотрении настоящего дела, операции истца остаются подозрительными, а представленные документы имеют противоречия и неточности. По смыслу статьи 3 Закона N 115-ФЗ такие операции являются подозрительными.

16.                    ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВЕРХОВНОГО СУДА от 10.06.2025 № 5-КГ25-56-К2

Заявителем оспаривался отказ ПАО «ТрансКапиталБанк» (далее – «Банк») в открытии вклада в пользу третьего лица по причине непредставления Заявителем документов для его идентификации, а также для идентификации третьего лица. Кроме того, Банк ссылался на отсутствие согласия третьего лица на обработку и хранение персональных данных, в связи с чем у Банка отсутствовала возможность проведения процедуры идентификации личности как вкладчика, так и выгодоприобретателя.

Нижестоящие суды отказали в удовлетворении искового заявления Заявителя, поддержав доводы Банка. Между тем, судебными инстанциями не были учтены следующие обстоятельства:

Права и обязанности организаций, осуществляющих операции с денежными средствами или иным имуществом, установлены также статьей 7 Федерального закона от 7 августа 2001 г. N 115- ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» (далее — Закон о противодействии финансированию терроризма).

Согласно пункту 1 части 1 статьи 7 указанного Закона организации, осуществляющие операции с денежными средствами или иным имуществом, обязаны до приема на обслуживание идентифицировать клиента, представителя клиента и (или) выгодоприобретателя, за исключением случаев, установленных пунктами 1.1, 1.2, 1.4, 1.4-1 и 1.4-2 данной статьи, установив конкретные сведения в отношении физических лиц, указанные в названной части, в том числе реквизиты документа, удостоверяющего личность.

Идентификация кредитными организациями клиентов, представителей клиента, выгодоприобретателей и бенефициарных владельцев в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма регламентирована положением Банка России от 15 октября 2015 г. N 499-П (далее — положение N 499-П).

В пункте 2.1 данного положения предусмотрено, что при идентификации клиента, представителя клиента, выгодоприобретателя, бенефициарного владельца кредитной организацией самостоятельно либо с привлечением третьих лиц осуществляется сбор сведений и документов, предусмотренных приложениями 1 и 2 к положению, документов, являющихся основанием совершения банковских операций и иных сделок.

Таким образом, обязанность клиента предоставить банку информацию о выгодоприобретателе не равнозначна процедуре идентификации выгодоприобретателя. При этом объективной невозможности проведения Банком проверки предоставленной клиентом информации о выгодоприобретателе судами установлено не было.

Как указано в положении N 499-П, в соответствии с законодательством документами, удостоверяющими личность, для граждан Российской Федерации является в том числе паспорт гражданина Российской Федерации.

С выводом суда о том, что сотрудником Банка правомерно отказано истцу в открытии вклада в пользу третьего лица ввиду непредставления идентифицирующего Максимова С.В. документа, согласиться нельзя, поскольку из установочной части решения суда следует, что истец предъявил свой паспорт сотруднику ответчика.

Какой еще удостоверяющий документ (помимо паспорта) должен был предъявить Заявитель, суды не указали, как и не указали закон, обязывающий к совершению такого действия.

Дело было направлено на новое рассмотрение.

 

17.                    ПОСТАНОВЛЕНИЕ АРБИТРАЖНОГО СУДА УРАЛЬСКОГО ОКРУГА от

25.07.2025 по делу № N А60-34103/2024

Заявителем оспаривалось решение налогового органа об отказе в возврате денежных средств с единого налогового счета в связи с образованием положительного сальдо. Суды нижестоящих инстанций поддержали решение налогового органа и отказали Заявителю в удовлетворении исковых требований.

Арбитражный суд Уральского округа отказал в удовлетворении кассационной жалобы Заявителя, указывая на следующие обстоятельства:

Как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 27.01.2025 N 309- ЭС24-18347, денежные средства, формирующие положительное сальдо единого налогового счета, несмотря на целевое назначение указанных денежных средств, являются собственностью налогоплательщика до момента их списания в счет исполнения соответствующих налоговых обязательств, следовательно, на данные средства распространяются все конституционные гарантии права собственности.

В полном соответствии с вышеуказанными положениями налогового и процессуального законодательств судами первой и апелляционной инстанции в предмет доказывания по настоящему делу включены обстоятельства формирования на едином налоговом счете налогоплательщика той суммы денежных средств, которая была истребована налогоплательщиком к возврату в порядке статьи 79 НК РФ.

Было установлено, что налоговые обязательства предпринимателя за 2023 год составили менее 2% от суммы денежных средств, перечисленных в качестве единого налогового платежа за период с 24.07.2023 по 29.10.2023, в том числе платежа от 24.10.2023, т.е. имеет место очевидное несоответствие размера налоговых обязательств налогоплательщика и перечислений на его единый налоговый счет.

Денежные средства поступают на расчетные счета предпринимателя от контрагентов с назначением платежа за «строительно-монтажные работы». При этом у предпринимателя отсутствуют работники по найму, позволяющие выполнить строительно-монтажные работы, привлечение иных лиц по данным движения денежных средств по расчетным счетам не установлено.

Таким образом, при разрешении вопроса о наличии у предпринимателя права на возврат денежных средств с единого налогового счета судами было установлено, что денежные средства на счета налогоплательщика поступили вне связи с реальной хозяйственной деятельностью; движение денежных средств носило исключительно транзитный характер; перечисление денежных средств на единый налоговый счет состоялось в сумме, многократно превышающей размер налоговых обязательств предпринимателя; в заявлении на возврат указан иной счет, чем тот, с которого производилось перечисление.

Кроме того, согласно письму Федеральной службой по финансовому мониторингу от 06.06.2024 N 21-40-08/3810, различными кредитными организациями в отношении Никоновой В.В. неоднократно применялись меры контроля в соответствии с Федеральным законом от 07.08.2001 N 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма». За 2018 — 2023 годы число сообщений о подозрительных операциях превысило 50, за период с августа по декабрь 2023 года банки 4 раза отказывали в проведении операций.

Оценив вышеуказанные обстоятельства в их взаимосвязи и совокупности, как того требуют положения статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суды обеих инстанций пришли к обоснованному выводу о том, что при перечислении денежных средств в спорной сумме на единый налоговый счет предпринимателем Никоновой В.В. преследовались иные цели, чем исполнение совокупной обязанности налогоплательщика.

18.                    ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВЕРХОВНОГО СУДА от 04.09.2025 № 305-ЭС25-5952

Заявителем оспаривается решение нижестоящих судов, которым Заявителю в удовлетворении встречного искового заявления было отказано и удовлетворено первоначальное исковое заявление истца.

Кассационная жалоба Заявителя передана на рассмотрение в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации на основании нижеследующего:

Индивидуальный предприниматель Коняев Сергей Викторович (далее — Истец/Цессионарий) обратился с иском к ООО «Управляющая компания национального коневодческого союза» (далее — Ответчик, Организатор азартной игры, букмекерская контора «Winline», Должник) о взыскании денежных средств в размере 1 016 368 рублей, возникших на основании договора уступки прав требований.

В обосновании своих доводов Истец указывает, что между ним и Бянкиным Павлом Михайловичем (далее — Третье лицо, Цедент, Участник азартной игры) заключен Договор уступки прав требований от 29.09.2023, по условиям которого Цедент уступил свои права требования выплаты выигрышей к Ответчику (Цессионарию, Организатор азартной игры), а Цессионарий обязался оплатить уступленное право.

На момент уступки права требования спорного выигрыша, игровой аккаунт Бянкина П.М. был заблокирован, в связи с тем, что у Ответчика были основания полагать, что Бянкин П.М. нарушал правила приема ставок и выплаты выигрыша. В связи с обоснованными сомнениями в соблюдении правил приема ставок Ответчик назначил Бянкину П.М. процедуру верификации. Не закончив проходить процедуру верификации Бянкин П.М. в обход правил заключил с Истцом договор уступки прав требований. Таким образом, на момент заключения оспариваемого договора уступки прав требований между Бянкиным П.М. и Ответчиком был спор о выигрыше.

06.10.2023 Цедент направил в адрес Ответчика уведомление о переходе права требования долга. Вышеуказанное письмо было получено Ответчиком 23.10.2023.

01.11.2023 в адрес Ответчика было направлено требование выплатить долг в размере 1 016 368 рублей. Ответчик оставил требование без удовлетворения, что послужило основанием для обращения Истца с исковым заявлением.

Суд первой инстанции, рассмотрев вопрос о принятии встречного иска, определил принять встречное исковое заявление о признании договора цессии от 29.09.2023 недействительным для совместного рассмотрения.

В соответствии с абз. 14 ст. 3 Федерального закон от 07.08.2001 N 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» идентификация — совокупность мероприятий по установлению определенных настоящим Федеральным законом сведений о клиентах, их представителях, выгодоприобретателях, бенефициарных владельцах и подтверждению достоверности этих сведений с использованием оригиналов документов и (или) надлежащим образом заверенных копий и (или) государственных и иных информационных систем.

Основанием блокировки аккаунта стало появление в ходе верификации способом видеосвязи лица, которое не совпадало с ранее установленным лицом. ООО «Управляющая компания НКС» пояснил, что процедура верификации была запрошена на основании того, что ими был выявлен факт «нечестной игры», поскольку компания лиц проводила одновременные ставки на одном и то же событие, т.е. проводила групповую игру, что запрещено Правилами.

Суд апелляционной инстанции отменил решение суда первой инстанции (суд кассационной инстанции оставил решение суда апелляционной инстанции без изменений) и в удовлетворении встречного искового заявления было отказано и удовлетворено первоначальное исковое заявление истца. При этом суд апелляционной инстанции указал на следующее:

Представитель Ответчика в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции 12.07.2024, подтвердил, что Бянкин П.М. прошел процедуру идентификации.

Таким образом, Бянкин П.М. прошел процедуру идентификации согласно требованиям ФЗ N115.

Более того, как видно из переписки сторон (том 3, лист 23, 23, 25, 26), Бянкин П.М. представил все необходимые документы по требованию Ответчика.

Личность кредитора в спорах с букмекерскими конторами не имеет значения, а также то, что уступка права требования задолженности (выигрыша) является обычной гражданско-правовой сделкой (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 04.12.2024 N 305-ЭС24-14104). Учитывая, что уступленное требование не связано с личностью кредитора и возникло из обязательства, в котором личность кредитора не имеет существенное значение для должника; уступка требования не противоречит закону, иным правовым актам, а также договору, на котором основывается уступка, — установленные ст. ст. 383, 387 — 389 ГК РФ условия уступки требования соблюдены.

Однако Верховный суд полагает, что первоначальный Истец и Бянкин П.М., заключив договор цессии выигрыша, вывели операцию по его выплате из-под контроля Росфинмониторинга. Таким образом, ответчик, ЕЦУПИС и Росфинмониторинг утратили возможность проверки участника азартной игры как стороны операции по выплате выигрыша.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ АРБИТРАЖНОГО СУДА МОСКОВСКОГО ОКРУГА ОТ

07.05.2024 по делу № А40-112362/2024

 

Заявителем оспаривалось решение Межведомственной комиссии Банка России («МВК») о наличии оснований для применения к заявителю со стороны кредитной организации мер, предусмотренных пунктом 5 статьи 7.7 Федерального закона № 115-ФЗ (ограничительные меры в связи с отнесением заявителя к высокой степени риска совершения подозрительных операций).

Арбитражный суд Московского округа отказал в удовлетворении кассационной жалобы заявителя, указывая на следующие обстоятельства:

Банком России проанализированы выписки по банковским счетам заявителя и установлено, что денежные средства поступали от физических лиц для перечисления получателю денежных средств по договору с банковским платежным субагентом, по операциям эквайринга, по договору с банковским платежным субагентом об осуществлении информационно-технологического взаимодействия и прочее на сумму 8 000 000 000 руб. (100% от общего кредитового оборота по счетам за исключением возврата денежных средств и переводов между своими счетами).

В последующем денежные средства переводились в адрес физических лиц — 56% от общего дебетового оборота по счетам общества за исключением возврата денежных средств и переводов между своими счетами. При этом схема расчетов общества характеризовалась как зачисление от платежных агентов и/или субагентов, которые получали денежные средства от значительного количества физических лиц; денежные средства, полученные обществом от контрагентов (являющихся в том числе платежными агентами или субагентами), учтены на специальных счетах платежного агента (балансовый счет 40821); с банковских счетов общества денежные средства переводились не в пользу официальных продавцов товаров и/или услуг (услуг связи, интернет услуг, коммунальных услуг и других), а на банковские карты физических лиц (387 000 уникальных платежных карт), которые ранее неоднократно участвовали в расчетах с недобросовестными участниками рынка микрофинансирования и иными юридическими лицами, замеченными в обеспечении платежей участников «теневого» игорного бизнеса.

При этом количество операций с участием общества, их суммы (от 100 до 60 000 руб.), основания, а также период их совершения (большое количество операций совершено во временной интервал с 0:00 по 6:00 часов) не соответствуют общепринятой рыночной практике (имеют нетипичный для расчетов с физическими лицами характер) и обладают признаками операций повышенного риска, обеспечивающих расчеты участников незаконной предпринимательской деятельности (в том числе «онлайн-казино» и «онлайн-лотерей») с физическими лицами.

Суды отметили, что такие действия соответствуют критерию, предусмотренному абзацем 1 пункта 1.2 решения Совета директоров Банка России от 24.06.2022 «О критериях отнесения Банком России юридических лиц (за исключением кредитных организаций, государственных органов и органов местного самоуправления) (индивидуальных предпринимателей), зарегистрированных в соответствии с законодательством Российской Федерации, к группам риска совершения подозрительных операций».

Также заявителем открыто значительное количество счетов в разных кредитных организациях, что соответствует критерию, указанному в абзаце 2 пункта 1.2 решения Совета директоров.

При этом некоторые контрагенты заявителя по зачислению денежных средств отнесены Банком России к группе высокой степени (уровня) риска совершения подозрительных операций. Ряд контрагентов по зачислению денежных средств совершали подозрительные операции, направленные на расчеты физических лиц с незаконными «онлайн-казино» и «онлайн-лотереями».

Суды пришли к выводу, что в совокупности приведенные обстоятельства свидетельствуют о том, что заявитель осуществлял подозрительную деятельность, целью которой являлся вывод денежных средств с незаконных «онлайн-казино» и «онлайн-лотерей» на счета физических лиц. Преобладающие объемы денежных средств зачислялись обществу по договорам с банковскими платежными субагентами (индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами), принимающими денежные средства от физических лиц. В дальнейшем полученные денежные средства с банковских счетов общества списывались в пользу физических лиц, что не соответствует общепринятой рыночной практике.

 

19.                    ПОСТАНОВЛЕНИЕ   АРБИТРАЖНОГО   СУДА   СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА ОТ 09.06.2025 по делу № А63-22776/2023

 

Заявителем оспаривалось решение апелляционной инстанции, согласно которому решение первой инстанции отменено, в удовлетворении искового заявления заявителя о взыскании задолженности (возврате неотработанного аванса) по лицензионному договору отказано. Суд апелляционной инстанции установил обстоятельства, свидетельствующие о наличии признаков недобросовестного поведения участников процесса, создании фиктивных оснований для вывода денежных средств за рубеж в обход ограничений и правил контроля, предусмотренных Федеральным законом № 115-ФЗ.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа отказал в удовлетворении кассационной жалобы заявителя, указывая на следующие обстоятельства:

Из материалов дела следует, что ответчик (правообладатель) и заявитель (лицензиат) заключили лицензионный договор от 25.03.2022, по условиям которого правообладатель предоставляет лицензиату лицензию на право использования программного обеспечения с сохранением права выдачи лицензии третьим лицам, а лицензиат обязался использовать программное обеспечение и выплачивать правообладателю вознаграждение в порядке и сроки, определенные договором. Приложением предусмотрено, что на сумму предварительной оплаты (аванса) подлежат начислению проценты по статье 317.1 ГК РФ в размере 5% годовых.

Во исполнение договора общество перечислило компании 44 201 432, 95 руб. Письмом от 27.04.2022 ответчик уведомил заявителя о том, что вследствие непредвиденных обстоятельств не сможет выполнить обязательства по договору, сумму полученного аванса обязался вернуть в течение 2022 года. Неотработанный аванс не был возвращен, в связи с чем заявитель подал исковое заявление.

Между тем, апелляционным судом установлено, что на момент заключения лицензионного договора от 25.03.2022 заявитель имел негативный опыт хозяйственных взаимоотношений с ответчиком, который не исполнил обязательства по аналогичному договору от 26.03.2019 и имел непогашенные денежные обязательства из этого договора на сумму, которая по сведениям самого общества, составила более 23 млн. рублей. Несмотря на это, заявитель заключил договор от 25.03.2022 и перечислил ответчику авансовые платежи. Суд апелляционной инстанции указал, что убедительные аргументы, объясняющие мотивы, разумность и целесообразность таких действий, заявитель не представил.

Суд апелляционной инстанции также установил, что по истечении месяца после заключения договора от 25.03.2022 ответчик уведомил заявителя о том, что не сможет выполнить обязательства по договору. При этом, из текста соглашения от 01.08.2022 следует, что причиной расторжения договора послужило необеспечение правообладателем надлежащего качества работы ПО.

Таким образом, суд апелляционной инстанции установил, что на момент заключения договора от 25.03.2022 имелись явные признаки неработоспособности программы, исключающие возможность ее использования по назначению и заключения в отношении нее лицензионного договора.

Стороны не раскрыли мотивы, позволяющие объяснить оплату лицензиатом авансовых платежей по второй сделке при наличии у правообладателя кредиторской задолженности по первой, отсутствие в договоре от 25.03.2022 условий об оплате лицензионного продукта зачетом (в счет погашения долга по договору от 26.03.2019).

Кроме того, по другому делу, которое рассматривалось в Арбитражном суде г. Москвы, было доказано, что заявитель и ответчик являлись аффилированными лицами.

По данным МРУ Росфинмониторинга по СКФО до декабря 2022 года заявитель принадлежал компании CHEZER INVESTMENT LTD (Республика Кипр). В последующем 100% долей в уставном капитале заявителя переданы Михайлову А.В. В отношении общества в 2022 году кредитной организацией применены заградительные меры.

Таким образом, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что при заключении сделки воля участников договора от 25.03.2022 была направлена не на передачу и использование результатов интеллектуальной деятельности (программного обеспечения), а на придание правомерного вида незаконным финансовым операциям, реализации схемы по уклонению от мер антисанкционного характера, выведению из-под ответных санкций денежных средств подконтрольных недружественных странам лиц. Спорный лицензионный договор прикрывает сделку по выводу денежных средств аффилированному лицу с целью обхода запретов и ограничений, установленных законодательством.

Таким образом, спор был инициирован аффилированными лицами с целью реализовать схемы по уклонению от мер антисанкционного характера и придать правомерный вид незаконным финансовым операциям, в обход ограничений и правил контроля, установленных Федеральным законом № 115-ФЗ.

 

20.                    ОПРЕДЕЛЕНИЕ       КОНСТИТУЦИОННОГО       СУДА       РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОТ 27.03.2025 № 821-О

 

Заявитель просила признать не соответствующими Конституции Российской Федерации нормы п. 11 ст. 7 (отказ в совершении операции при возникновении подозрения, что операция совершается в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма) Федерального закона № 115-ФЗ.

Из представленных материалов следует, что решением суда общей юрисдикции отказано в удовлетворении исковых требований заявителя к кредитной организации о признании договоров незаключенными, а банковских операций — недействительными, взыскании процентов за пользование чужими деньгами, компенсации морального вреда. Определением суда апелляционной инстанции указанное решение в части отказа в удовлетворении исковых требований о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, компенсации морального вреда отменено, в указанной части принято новое решение о частичном удовлетворении исковых требований. Определением кассационного суда общей юрисдикции указанные судебные акты оставлены без изменения. Определением судьи Верховного Суда Российской Федерации отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по гражданским делам этого суда.

По мнению заявителя, оспариваемое законоположение противоречит Конституции Российской Федерации, поскольку содержит дефектные с точки зрения юридической техники нормы. Помимо этого, заявитель просил проверить оспариваемое положение на соответствие нормам Гражданского кодекса Российской Федерации, в том числе его статье 191, а также положениям подзаконных актов.

Конституционный суд РФ отказал в принятии к рассмотрению жалобы заявителя, указывая на следующие обстоятельства:

Целью Федерального закона № 115-ФЗ, согласно его статье 1, является защита прав и законных интересов граждан, общества и государства путем создания правового механизма противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, финансированию терроризма и финансированию распространения оружия массового уничтожения. Предметом данного Федерального закона является регулирование отношений в том числе граждан Российской Федерации, иностранных граждан и лиц без гражданства, организаций, осуществляющих операции с денежными средствами или иным имуществом, иностранных структур без образования юридического лица, государственных органов, в целях предупреждения, выявления и пресечения деяний, связанных с легализацией (отмыванием) доходов, полученных преступным путем, и финансированием терроризма, а также отношений юридических лиц и федеральных органов исполнительной власти, связанных с установлением бенефициарных владельцев юридических лиц (часть первая статьи 2).

Предусмотренные пунктом 11 статьи 7 названного Федерального закона особые права организаций, осуществляющих операции с денежными средствами или иным имуществом, представляют собой меры по реализации целей этого Федерального закона, поскольку, в числе прочего, они направлены на защиту прав и законных интересов граждан, общества и государства путем создания правового механизма противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем. Причем такие меры, как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, применяются указанными организациями в строго оговоренных законом случаях (определения от 20 декабря 2016 года № 2591-О, от 20 апреля 2017 года № 797-О и от 27 сентября 2018 года № 2495-О) и неопределенности не содержат.

 

21.                    КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ от 27.05.2025 N 3-УД25-2-К3

 

Осужденный по ч. 4 ст. 159, п. «б» ч. 4 ст. 174.1 УК РФ оспаривал приговор нижестоящих судов, ссылаясь на обстоятельство, согласно которому при вменении осужденному в вину п. «б» ч. 4 ст. 174.1 УК РФ органы предварительного расследования ограничились копированием текста, положенного в основу обвинения по ч. 4 ст. 159 УК РФ, не приведя при этом доказательств совершения осужденным каких-либо финансовых операций, других сделок с денежными средствами, обналиченными с использованием расчетного счета Фонда.

Изучив доводы кассационной жалобы и проверив материалы уголовного дела, Судебная коллегия пришла к выводу о том, что при производстве по делу не допущено таких существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые ставят под сомнение законность его возбуждения и расследования, передачи на стадию судопроизводства и в дальнейшем — самой процедуры его рассмотрения как в суде первой инстанции, так и вышестоящего уровня.

Так, для введения указанных денежных средств в легальный оборот осужденный, будучи участником преступной группы, от имени Фонда заключил с индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами фиктивные договоры, обналичивая затем перечисленные по этим сделкам деньги, что позволяло прервать их связь с преступным происхождением.

Однако, как усматривается из приговора, осужденному по п. «б» ч. 4 ст. 174.1 УК РФ было назначено дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций, в общественных некоммерческих организациях.

Между тем запрет на осуществление организационно-распорядительных и (или) административно-хозяйственных полномочий (функций) устанавливается при лишении осужденного права занимать определенные должности только на государственной службе и в органах местного самоуправления, а не при лишении его права заниматься определенной деятельностью.

Однако права занимать определенные должности суд осужденного не лишал, так же как и заниматься конкретной профессиональной деятельностью, а вышестоящие суды это нарушение не выявили и не устранили.

Указанное нарушение подпадает под критерии существенного, повлиявшего на исход дела, и подлежит устранению путем внесения изменений в состоявшиеся судебные решения в данной части.

Решение нижестоящих судов изменено в части назначения дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с осуществлением организационно- распорядительных и административно-хозяйственных функций, в общественных некоммерческих организациях по п. «б» ч. 4 ст. 174.1 УК РФ.

 

22.                    КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ от 05.02.2025 N 87-КАД24-2-К2

 

Заявителем оспаривался отказ АО КБ «Модульбанк» исполнить судебный приказ о взыскании с работодателя в пользу заявителя задолженности по заработной плате на основании представленного исполнительного листа.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды нижестоящих инстанций исходили из того, что оспариваемые действия (бездействие) по неисполнению судебного приказа являются законными, поскольку Банком России работодатель отнесен к высокой степени риска совершения подозрительных операций, в связи с чем были ограничены операции по списанию денежных средств с банковского счета упомянутого общества (статья 7.7 Федерального закона от 7 августа 2001 г. N 115-ФЗ).

Между тем судебными инстанциями не были учтены следующие обстоятельства:

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, конституционные цели правосудия не могут быть достигнуты, а сама судебная защита не может признаваться действенной, если судебный акт своевременно не исполняется, что лишает граждан, правомерность требований которых установлена в надлежащей судебной процедуре и формализована в судебном решении, эффективного и полного восстановления в правах посредством правосудия.

В отношении исполнительного документа о взыскании денежных средств, являющегося судебным актом, исполнительного документа, выданного на основании судебного акта, а также в отношении постановления судебного пристава-исполнителя о взыскании денежных средств, вынесенного на основании таких исполнительных документов банк или иная кредитная организация не вправе не исполнить такой исполнительный документ или постановление судебного пристава-исполнителя, по основаниям, связанным с применением правил внутреннего контроля, разработанных в соответствии с Федеральным законом от 7 августа 2001 г. N 115-ФЗ «О противодействии  легализации  (отмыванию)  доходов,  полученных  преступным  путем,  и финансированию терроризма» (далее также — Федеральный закон от 7 августа 2001 г. N 115-ФЗ) (часть 8.1 статьи 70 Закона об исполнительном производстве).

Банк, исполняющий выданный судом исполнительный документ, выполняет возложенную на него законом публичную функцию, при этом обязательность вступивших в законную силу судебных актов не может быть преодолена или поставлена под сомнение, поскольку действующим законодательством банку не предоставлены полномочия проверки законности принятого судом судебного акта и выданного на его основании исполнительного документа.

Банк не вправе отказывать в перечислении денежных средств со счета должника на основании выданного судом исполнительного документа, в том числе обуславливать исполнение требования исполнительного документа какими-либо дополнительными требованиями, если исполнение судебного акта не приостановлено самим судом или судебный акт не отменен в установленном процессуальным законодательством порядке.

Само по себе отнесение должника как клиента кредитной организации к высокой категории риска совершения подозрительных операций не могло служить основанием для отказа в исполнении судебного акта (приостановления исполнения).

Федеральный закон от 7 августа 2001 г. N 115-ФЗ не регулирует правоотношения, связанные с исполнением судебных актов. Данный закон направлен на совершенствование национальной системы противодействия отмыванию доходов, полученных преступным путем, и финансирования терроризма.

В связи с этим не может быть признана состоятельной ссылка суда на часть 8 статьи 70 Закона об исполнительном производстве, допускающую неисполнение банком или иной кредитной организацией исполнительного документа или постановления судебного пристава-исполнителя в случае, когда в порядке, установленном законом, приостановлены операции с денежными средствами, либо в иных случаях, предусмотренных федеральным законом.

Соглашаясь с доводами банка, суд фактически обусловил возможность исполнения действующего (не отмененного) судебного акта (судебного приказа) будущим событием — исключением должника из реестра, которое может не наступить в течение длительного периода времени и на наступление которого взыскатель к тому же не может повлиять.

Решение нижестоящих судов отменено. По делу принят новый судебный акт, которым исковые требования заявителя удовлетворены в полном объеме.

23.                    ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОТ

14.03.2025 N 305-ЭС24-23218

 

Заявителем оспаривался отказ АО «Райффайзенбанк» произвести конвертацию глобальных депозитарных расписок иностранных юридических лиц в обыкновенные акции российских юридических лиц, а также открыть счет депо на имя заявителя, зачислив на него обыкновенные акции российских юридических лиц, списанных со счета депо депозитарных программ.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды нижестоящих инстанций исходили из того, что заявителем был пропущен срок принудительной конвертации, а также не были представлены документы, позволяющие идентифицировать его личность, как клиента банка и держателя ценных бумаг иностранного эмитента. Заявления на конвертацию и сведения, подтверждающие владение депозитарными расписками, были направлены в банк путем направления по почте и подписаны непосредственно заявителем, что предполагало необходимость подтверждения его личности соответствующим документом — оригиналом паспорта гражданина Российской Федерации, а при предоставлении копии паспорта требовалось его нотариальное удостоверение. В связи с этим банк не мог произвести идентификацию заявителя в качестве лица, подписавшего заявления, тогда как обязанность идентифицировать клиентов при открытии и ведении банковских счетов возложена на кредитные организации, осуществляющие операции с денежными средствами (ст. 7 ФЗ № 115).

Между тем судебными инстанциями не были учтены следующие обстоятельства:

Банк в силу действующего законодательства должен предпринять необходимые меры для идентификации клиента, установить, действует ли лицо, обратившееся за проведением финансовой операции лицо от своего имени или по поручению и от имени другого лица.

Требование АО «Райффайзенбанк» о нотариальном заверении копий документов является чрезмерным и не способствует выполнению обязанности по идентификации клиентов, возложенной на кредитные организации.

Согласно статье 77 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, свидетельствуя верность копий документов и выписок из них, нотариус не подтверждает законность содержания документа, соответствие изложенных в нем фактов действительности, личность, дееспособность и полномочия подписавших его лиц, правоспособность юридического лица, от которого исходит документ.

Нотариальное заверение (свидетельствование) верности копии документа означает подтверждение тождественности содержания (подлинника) документа и копии.

Поскольку в Законе № 114-ФЗ отсутствует прямое указание на необходимость приложения к заявлению о принудительной конвертации нотариально заверенной копии паспорта заявителя, установленные ответчиком дополнительные требования к документам являются неправомерными.

Кассационная жалоба Заявителя на судебные акты нижестоящих судов передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации. Судебное заседание назначено на 03.04.2025.

 

24.                    ОПРЕДЕЛЕНИЕ       КОНТСИТУЦИОННОГО       СУДА       РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОТ 27.02.2025 № 579-О

 

Заявитель просила признать не соответствующими Конституции Российской Федерации нормы УК РФ (ст. 280), УПК РФ (ст. 73, 397) и п. 2 и 2.1 ст. 6 (операции с денежными средствами или иным имуществом, подлежащие обязательному контролю) Федерального закона № 115-ФЗ.

П. 2 и 2.1 ст. 6 Федерального закона № 115-ФЗ, по ее мнению, предусматривает на основании вступившего в законную силу приговора суда, которым лицо признано виновным в публичных призывах к экстремистской деятельности, применение к нему ограничений, представляющих собой наказание, не назначенное данным приговором

Конституционный суд РФ отказал в принятии к рассмотрению жалобы заявителя, указывая на следующие обстоятельства:

Гарантируя права и свободы человека и гражданина, государство одновременно вправе устанавливать в федеральном законе ограничения прав и свобод в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (статья 55, часть 3, Конституции Российской Федерации), в том числе предусматривать уголовную ответственность за деяния, умышленно совершенные в ущерб основным ценностям конституционного строя (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1995 года N 17-П).

При этом выбранная законодателем конструкция формального состава преступления не означает, что совершение данного деяния не влечет причинения вреда или реальной угрозы его причинения. Устанавливая преступность и наказуемость тех или иных общественно опасных деяний, законодатель может по-разному, в зависимости от существа охраняемых общественных отношений, конструировать составы преступлений, учитывая степень их распространенности, значимость тех ценностей, на которые они посягают, и характер причиняемого ими вреда охраняемому объекту (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 27 июня 2005 года N 7-П, от 27 февраля 2020 года N 10-П и др.).

Непосредственно из основ конституционного строя вытекает необходимость принятия адекватных мер, направленных на защиту Конституции Российской Федерации, а также обязанность государства по установлению правовых механизмов, в максимальной степени способствующих обеспечению общественной безопасности, предупреждению и пресечению преступлений, предотвращению их негативных последствий для охраняемых законом прав и интересов граждан (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 февраля 2009 года N 137-О-О и от 30 мая 2023 года N 1104-О).

Представленные заявителем судебные решения не подтверждают разрешения судами какого- либо вопроса на основе оспариваемых положений Федерального закона «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма».

 

25.                    ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОТ

03.02.2025 № 307-ЭС24-18161

 

Ответчиком оспаривалось решение нижестоящих судов, согласно которому в обход запретов и ограничений, установленных законодательством о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, с него взыскана задолженность по лицензионному договору в пользу цедента, осуществляющего открытое финансирование вооруженных сил Украины.

Удовлетворяя заявленные требования, суды нижестоящих инстанций исходили из того, что дополнительным соглашением к договору ответчику фактически предоставлена отсрочка по уплате роялти до 01 сентября 2022 г. и из буквального его толкования не следует, что лицензиар освободил лицензиата от уплаты роялти за период использования товарных знаков до даты расторжения договора, признав доказанным факт исполнения лицензиаром взятых на себя обязательств по договору, а также наличие не исполненных лицензиатом обязательств по уплате роялти.

Между тем судебными инстанциями не были учтены следующие обстоятельства:

Распоряжением Правительства Российской Федерации от 05 марта 2022 г. N 430-р «Об утверждении перечня иностранных государств и территорий, совершающих недружественные действия в отношении Российской Федерации, российских юридических и физических лиц» утвержден перечень иностранных государств, совершающих недружественные действия в отношении Российской Федерации, российских юридических и физических лиц. К недружественным государствам относится, в том числе Украина.

Пунктом    2    Указа    предусмотрено,   что    в    целях   исполнения   обязательств    перед правообладателями, названными в подпунктах «а» — «е» пункта 1 Указа, должник, извещенный об обстоятельствах, предусмотренных подпунктами «а» — «е» пункта 1 настоящего Указа, уплачивает вознаграждение, платежи, связанные с осуществлением и защитой исключительных прав, принадлежащих правообладателю, и другие платежи, в том числе неустойки (штрафы, пени) и иные финансовые санкции (далее — платежи), путем перечисления средств на специальный рублевый счет типа           «О»,   открытый должником в      уполномоченном   банке на имя     правообладателя и предназначенный для проведения расчетов по обязательствам (далее — специальный счет типа «О»). В случае если правообладатель не дал письменного согласия на внесение платежа на специальный счет типа «О», должник вправе не осуществлять платеж до момента получения такого согласия, за исключением платежей, предусмотренных пунктом 2(1) Указа. При этом должник не считается нарушившим свои обязательства, в том числе по уплате неустоек (штрафов, пеней) и иных

финансовых санкций (пункт 11 Указа).

В то же время, в силу подпункта «в» пункта 17 Указа положения настоящего Указа не применяются, в том числе к правообладателям, названным в подпункте «а» пункта 1 Указа и надлежащим образом исполняющим свои обязанности по договорам, заключенным с должниками. Исковые требования по настоящему делу связаны с исполнением обязательства перед иностранным правообладателем исключительных прав, связанного с государством, которое совершает в отношении Российской Федерации недружественные действия, в связи с чем исполнение данного обязательства должно осуществляться в соответствии с установленным порядком.

Доводы общества «Браво Премиум» о том, что поскольку цедент, получающий по решению суда выплату от цессионария в обход закона, осуществляет открытое финансирование вооруженных сил Украины, то в таком случае исковые требования в принципе не подлежат удовлетворению, не обоснованы, так как названные нормативно-правовые акты определяют особый порядок исполнения обязательств, но не исключают возможность разрешения судом спора и вынесения судебного акта по существу.

 

26.                    ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОТ

17.02.2024 № 303-ЭС25-82

 

Заявителем оспаривались судебные акты нижестоящих судов, согласно которым заявителю отказано в удовлетворении исковых требований о взыскании неосновательного обогащения. Позиция заявителя основывалась на том, что сторонами не заключено каких-либо сделок, направленных на придание законного вида спорному переводу, судами не установлено признаков подконтрольности либо аффилированности сторон спора, не проводился анализ их расчетных счетов на предмет транзитного перечисления денежных средств и участия в этих действиях истца или контролирующих его лиц.

Верховый суд РФ отказал в передаче кассационной жалобы заявителя для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, указывая на следующие обстоятельства:

Как следует из обжалуемых актов, истец по платежному поручению от 1 ноября 2022 г. N 2060 перечислил ответчику 1 536 000 руб., указав в назначении платежа на оплату по договору от 26 октября 2022 г. N 136-10 за комплекс услуг по таможенному оформлению товаров.

По результатам аудита годовая бухгалтерская отчетность истца за 2022 год отражает достоверность финансового положения общества по состоянию на 31 декабря 2022 г., в то же время, согласно пояснениям к годовому бухгалтерскому балансу и отчету о финансовых результатах за 2022 год, подписанному 24 марта 2023 г. генеральным директором истца Юшко Андреем Викторовичем, по состоянию на 31 декабря 2022 г. в учете по счету 60.02 «расчеты по авансам выданным» числятся остатки по расчетам, в том числе с ответчиком в размере 1 536 000 руб.

В связи с этим, по состоянию на 31 декабря 2022 г. создан резерв по сомнительной задолженности по авансам, выданным поставщикам, по которым имеется вероятность неоказания услуг и невозврата дебиторской задолженности, с включением ответчика с дебиторской задолженностью в размере 1 536 000 руб.

Ссылаясь на отсутствие между сторонами договорных отношений и ошибочное перечисление денежных средств по данному платежному документу, истец обратился с настоящим иском в суд, не получив удовлетворения своих требований в досудебном порядке.

Суды установили обстоятельства, позволяющие усомниться в добросовестности действий участников спорных правоотношений, и, следуя приведенным правовым нормам, а также разъяснениям, отраженным в пунктах 6, 7, 9 Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 8 июля 2020 г., отказали в удовлетворении иска применительно к пункту 4 статьи 1 и пункту 2 статьи 10 ГК РФ, мотивировав это тем, что заявленные истцом требования не направлены на восстановление какого-либо нарушенного права, перечисление денежных средств ответчику во исполнение несуществующего обязательства имеет признаки легализации (отмывания) денежных средств, полученных незаконным путем, а обращение в суд с настоящим иском направлено на обход правил контроля за финансовыми операциями, установленных пунктами 2 и 11 статьи 7 Закона N 115-ФЗ; требования истца являются злоупотреблением правом, в связи с чем полученная ответчиком денежная сумма не подлежит возврату истцу в качестве неосновательного обогащения на основании пункта 4 статьи 1109 ГК РФ.

При этом судебные инстанции исходили из полученных в ходе рассмотрения спора сведений от акционерного общества «Альфа-Банк» об отсутствии у банка договора, указанного в назначении спорного платежа; информации, предоставленной Дальневосточным таможенным управлением; показаний главного бухгалтера истца; сведений, содержащимся в Едином государственном реестре юридических лиц, в котором таможенное оформление товаров не является обычной хозяйственной деятельностью сторон; сведений Банка России о том, что истец отнесен к группе низкой степени (уровня) риска совершения подозрительных операций, а ответчик к группе средней степени (уровня) риска совершения подозрительных операций; сведений Межрегионального управления Федеральной службы по финансовому мониторингу по Дальневосточному федеральному округу о том, что в отношении истца кредитными организациями представлены сообщения о подозрительных операциях, имевших характер запутанный или необычный, не обладающих очевидным экономическим смыслом или очевидной законной цели.

 

27.                    ПОСТАВНОВЛЕНИЕ               СЕМНАДЦАТОГО               АРБИТРАЖНОГО АПЕЛЛЯЦИОННОГО СУДА от 11.10.2024 N 17АП-7901/2024-АК по делу N А60-13370/2024

 

Заявителем оспаривался отказ налоговой службы в исполнении распоряжения о возврате суммы денежных средств, формирующих положительное сальдо ЕНС.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что денежные средства, явившиеся источником формирования положительного сальдо ЕНС, поступили на расчетные счета заявителя вне связи с осуществлением им реальной деятельности, по не имевшим место хозяйственным операциям.

В соответствии со статьей 3 Федерального закона от 07.08.2001 N 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» легализация (отмывание) доходов, полученных преступным путем, — придание правомерного вида владению, пользованию или распоряжению денежными средствами или иным имуществом, полученными в результате совершения преступления.

В силу статьи 4 указанного Закона к мерам, направленным на противодействие легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, относится запрет на информирование клиентов и иных лиц о принимаемых мерах противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, финансированию терроризма и финансированию распространения оружия массового уничтожения, за исключением информирования клиентов о принятых мерах по замораживанию (блокированию) денежных средств или иного имущества, о приостановлении операции, а также об отказе в выполнении распоряжения клиента о совершении операций, об отказе от заключения договора банковского счета (вклада), о расторжении договора банковского счета (вклада) и их причинах, о необходимости предоставления документов по основаниям, предусмотренным настоящим Федеральным законом.

В силу вытекающего из части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации запрета злоупотребления правом никто не вправе извлекать преимущество (выгоду) из своего недобросовестного поведения. Общеправовой принцип добросовестного поведения определяет пределы осуществления своих субъективных прав налогоплательщиками.

Из правовой позиции Конституционного суда Российской Федерации, отраженной в определении от 25.07.2001 N 138-О, следует, что на недобросовестных налогоплательщиков не могут распространяться гарантии, установленные НК РФ для добросовестных налогоплательщиков.

Учитывая изложенные принципы и обстоятельства дела, апелляционный суд подтвердил, что суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что спорную сумму нельзя расценивать как излишне уплаченный налог, поскольку у заявителя не было намерения исполнять текущие или предстоящие налоговые обязательства. Фактически расчетные кооператива использованы иными организациями для вывода денежных средств из оборота, контролируемого банками и налоговыми органами.

Решение суда первой инстанции оставлено в силе.

 

28.  КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ СУДЕБНОЙ КОЛЛЕГИИ ПО АДМИНИСТРАТИВНЫМ ДЕЛАМ ВЕРХОВНОГО СУДА РФ от 13.11.2024 N 49- КАД24-18-К6

 

Заявитель, отнесенный к высокой группе риска Банком России и банком исполнителем (ответчиком) соответственно, обратился в суд в связи с неисполнением ответчиком судебного приказа для принудительного взыскания с должника заявителя денежных средств.

Судом первой инстанции заявителю отказано в удовлетворении требований об устранении допущенных нарушений прав и законных интересов путем исполнения указанного судебного приказа в пределах размера находящихся на счету заявителя денежных средств. Апелляционной и кассационной инстанцией решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Закон N 115-ФЗ не регулирует правоотношения, связанные с исполнением судебных актов и не содержит положений, отменяющих обязательность их неукоснительного исполнения, отраженную в предписаниях федеральных конституционных законов, и не предусматривает правового механизма приостановления исполнения судебных актов в связи с отнесением должника к той или иной группе рисков совершения подозрительных операций. Данный закон направлен на совершенствование национальной системы противодействия отмыванию доходов, полученных преступным путем, и финансирования терроризма.

В отношении исполнительного документа о взыскании денежных средств, являющегося судебным актом, исполнительного документа, выданного на основании судебного акта, а также в отношении постановления судебного пристава-исполнителя о взыскании денежных средств, вынесенного на основании таких исполнительных документов банк или иная кредитная организация не вправе не исполнить такой исполнительный документ или постановление судебного пристава-исполнителя, по основаниям, связанным с применением правил внутреннего контроля, разработанных в соответствии с Законом N 115-ФЗ (часть 8.1 статьи 70 Закона об исполнительном производстве).

В связи с изложенным состоявшиеся по делу судебные акты приняты с существенным нарушением норм материального и процессуального права, а потому подлежат отмене с направление дела на новое рассмотрение.

 

29.                    ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВЕРХОВНОГО СУДА от 16 декабря 2024 г. N 308-ЭС24-21144

Судами установлено, что заявитель получил уведомление от ответчика (Банк) об отнесении заявителя Центральным Банком и ответчиком к группе высокого уровня риска совершения подозрительных операций, в связи с чем к заявителю были применены меры, связанные с приостановкой операций по списанию денежных средств с банковского счета, а также прекращением иных финансовых операций по счету, в том числе возможности использования систем дистанционного банковского обслуживания расчетного счета.

Заявитель, полагая, что действия ответчика по введению ограничений являются незаконными, обратился в суд с иском.

Удовлетворяя заявленные требования, суды, руководствуясь положениями статей 7, 7.6, 7.7,

7.8 Закона N 115-ФЗ, пришли к выводу о том, что заявитель не уклонялся от процедур обязательного контроля, не отказывался представлять имеющиеся у него документы, раскрывающие экономический смысл совершенных операций, привел соответствующие пояснения, а ответчик, в свою очередь, не представил мотивированных законом или договором возражений относительно соответствия представленных заявителем документов требованиям действующего законодательства.

Ответчику (Банку) было отказано в передаче кассационных жалоб на обжалование принятых судами решений для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

30.  ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВЕРХОВНОГО СУДА РФ от 04 сентября 2024 № 305-ЭС24-5195

ВС РФ еще раз подчеркнул, что неудовлетворение клиентом требований кредитной организации о предоставлении информации относительно сомнительной сделки клиента, не порождает прав кредитной организации на взимание с клиентов вознаграждения в виде штрафа за неисполнение обязанности по предоставлению запрошенной информации.

Как следует из пункта 4 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 07 апреля 2021 г., условие договора банковского счета о совершении банком за повышенную плату операции с денежными средствами клиента, являющейся сомнительной в соответствии с законодательством о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, противоречит существу законодательного регулирования и является ничтожным.

В данном Обзоре отмечено, что в силу требований Федерального закона от 07 августа 2001 г. N 115-ФЗ (статья 1, пункты 1, 2, 10 и 11 статьи 7, статья 8) банк вправе с соблюдением правил внутреннего контроля относить сделки клиентов к сомнительным, что влечет определенные последствия, а именно приостановление соответствующей операции или отказ в выполнении распоряжения клиента о совершении операции, за исключением операций по зачислению денежных средств. При этом право банка взимать комиссию за совершение расчетно-кассовых операций в повышенном размере в целях борьбы с легализацией доходов, полученных преступным путем, в случае отнесения сделки клиента к сомнительным данным федеральным законом не предусмотрено. Осуществление банком функций контроля в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма производится в публичных интересах, во исполнение обязанностей, возложенных федеральным законом и принятыми в соответствии с ним нормативными актами, а не на основании договора с клиентом. Осуществление кредитной организацией указанной выше публичной функции не может использоваться в частноправовых отношениях в качестве способа извлечения выгоды за счет клиента в виде повышенной платы за совершение операций с денежными средствами, которые кредитной организацией признаны сомнительными, поскольку это противоречит существу правового регулирования данных отношений и не предусмотрено ни Федеральным законом от 07 августа 2001 г. N 115-ФЗ, ни иными нормативными актами.

 

31.  ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВЕРХОВНОГО СУДА РФ от 18 июля 2024 г. N 305-ЭС24-5098

Банком приостановлено исполнение судебного приказа о взыскании денежных средств с должника в соответствии с положениями пункта 5 статьи 7.7 Федерального закона от 07.08.2001 N115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» (далее — Закон N 115-ФЗ), поскольку от Банка России получена информация об отнесении общества – должника к группе высокой степени (уровня) риска совершения подозрительных операций.

Бездействие банка по исполнению судебного приказа признано нижестоящими судами незаконным с возложением обязанности устранить допущенное нарушение прав путем исполнения постановления об обращении взыскания на денежные средства должника.

Как неоднократно отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, конституционные цели правосудия не могут быть достигнуты, а сама судебная защита не может признаваться действенной, если судебный акт своевременно не исполняется, что лишает граждан, правомерность требований которых установлена в надлежащей судебной процедуре и формализована в судебном решении, эффективного и полного восстановления в правах посредством правосудия.

Банк не вправе отказывать в перечислении денежных средств со счета должника на основании выданного судом исполнительного документа, в том числе обуславливать исполнение требования исполнительного документа какими-либо дополнительными требованиями, если исполнение судебного акта не приостановлено самим судом или судебный акт не отменен в установленном процессуальным законодательством порядке.

Закон N 115-ФЗ, исходя из его места в системе законодательства, не может содержать положений, отменяющих обязательность неукоснительного исполнения судебных актов, отраженную в предписаниях федеральных конституционных законов (часть 1 статьи 6 Закона о судебной системе, статья 7 Закона об арбитражных судах), и не предусматривает правового механизма приостановления исполнения судебных актов в связи с отнесением должника к той или иной группе рисков совершения подозрительных операций.

Организация не вправе не исполнить исполнительный документ или постановление судебного пристава-исполнителя, по основаниям, связанным с применением правил внутреннего контроля, разработанных в соответствии с Законом N 115-ФЗ (часть 8.1 статьи 70 Закона об исполнительном производстве).

Верховный суд оставил решения нижестоящих судов в силе.

 

32.  ОПРЕДЕЛНИЕ ВЕРХОВНОГО СУДА РФ от 2 августа 2024 г. N 305-ЭС24-11717

Истцу-нерезиденту, зарегистрированному в Латвийской Республике, было отказано в иске о взыскании задолженности и штрафных санкций по договору займа с российской компанией.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, были привлечены Федеральная служба по финансовому мониторингу и Центральный Банк Российской Федерации.

Как следует из Определения, данная сделка (договор займа) имеет необычный характер, не имеет очевидного экономического смысла или очевидной законной цели в виду нижеследующего.

Распоряжением Правительства Российской Федерации от 05.03.2022 N 430-р в список недружественных государств включены все страны Европейского Союза. Латвия является страной, входящей в состав Европейского Союза, соответственно, в отношении всех хозяйствующих субъектов Латвии введены ограничения.

Суды учитывали, что согласно справке из реестра предприятий Латвийской Республики, основной (уставной) капитал истца составляет 3000 евро, единственным учредителем и руководителем предприятия является гражданин Российской Федерации; какие-либо документы, отражающие финансово-хозяйственную деятельность истца, отсутствуют, в связи с чем не представляется возможным установить наличие фактической возможности предоставление займа в крупном размере и реальной передачи (перечисления) денежных средств ответчику.

Кроме того, предоставление займа в указанном размере в отсутствие какого-либо обеспечения со стороны заемщика или третьих лиц, является не характерным для подобных заемных отношений.

 

33.  ОПРЕДЕЛЕНИЕ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РФ от 9 апреля 2024 г. N 825-О

 

В КС РФ оспаривалась конституционность положения абзаца 1 пункта 1 части 1 статьи 16 Федерального закона от 2 декабря 1990 года N 395-I «О банках и банковской деятельности», согласно которому к основаниям для отказа в государственной регистрации кредитной организации и выдаче ей лицензии на осуществление банковских операций относится несоответствие кандидата на должность руководителя кредитной организации, главного бухгалтера или заместителя главного бухгалтера кредитной организации, руководителя или главного бухгалтера филиала кредитной организации, члена совета директоров (наблюдательного совета), а также на иные поименованные в нем должности требованиям к деловой репутации.

Заявительница обратилась с жалобой в связи с тем, что ей было отказано в исключении сведений о ней из реестра о причастности заявительницы к отзыву у банка лицензии на осуществление банковских операций, в том числе в связи с неоднократным нарушением в течение одного года требований, предусмотренных статьями 6, 7 (за исключением пункта 3) и 7.2 Федерального закона от 7 августа 2001 года N 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», где она занимала должность члена правления, заместителя председателя правления, а в отдельные периоды исполняла обязанности председателя правления.

Заявительнице отказано в принятии жалобы:

• оспариваемые положения Федерального закона «О банках и банковской деятельности» предусматривают включение информации в определенную базу данных Банка России по объективным основаниям, связанным с причинением ущерба финансовому положению кредитной организации, установленными нарушениями законодательства Российской Федерации и нормативных актов Банка России, обусловленными действиями (бездействием) соответствующих лиц;
• управляющие работники банка входят в круг субъектов, от полномочий (действий и решений) которых — вследствие их должностного статуса — прямо зависит определение содержания и реализация конкретных направлений экономической политики банка, что подразумевает претерпевание ими последствий принимаемых решений (совершаемых действий) в виде результатов деятельности возглавляемого банка (Постановление от 27 декабря 2022 года N 58-П);
• оспариваемые законоположения направлены на обеспечение стабильности банковской системы Российской Федерации, защиту законных интересов вкладчиков и кредиторов кредитной организации, не предполагают произвольного применения и не могут расцениваться как нарушающие конституционные права заявительницы в обозначенном в жалобе аспекте.

 

34.  СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА ПО ПРЕДОСТАВЛЕНИЮ ИНФОРМАЦИИ ХОЗЯЙСТВЕННЫМИ ОБЩЕСТВАМИ БЕНЕФИЦИАРНЫМ ВЛАДЕЛЬЦАМ

 

При рассмотрении исков о предоставлении информации, предъявленных контролирующими лицами, суды исходят из того, что в силу пункта 1 статьи 65.2 ГК РФ право на получение информации о корпорации принадлежит только ее участникам. Соответственно, иные лица, в том числе бенефициарные владельцы юридического лица, по общему правилу, не вправе требовать предоставления информации о деятельности хозяйственного общества, участниками которого они не являются (Постановление Арбитражного суда Дальневосточного округа от 28 июня 2018 г. N Ф03-2309/2018 по делу N А37-1168/2017, постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 23 мая 2019 г. N Ф02-877/2019 по делу N А74-3819/2018, постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10 октября 2022 г. N 18АП-9983/2022 по делу N А76- 44999/2021, постановления Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 20 февраля 2020 г. N Ф08-764/2020 по делу N А53-9810/2019 и от 17 декабря 2021 г. N Ф08-12283/2021 по делу N А53- 35233/2019).

Изучение судебной практики показало, что в порядке исключения из общего правила суды признают за бенефициарными владельцами юридического лица, осуществляющими опосредованное владение долями в его уставном капитале, право на предъявление косвенных исков, направленных на защиту прав юридического лица, если это необходимо для обеспечения эффективности судебной защиты. В названных случаях судами, в частности, принимается во внимание наличие корпоративного конфликта, препятствующего обращению в суд непосредственному участнику хозяйственного общества, учитывается фактически сложившаяся корпоративная структура управления хозяйственным обществом и иные подобные обстоятельства (например, родственные связи двух директоров общества) (Постановление Арбитражного суда Московского округа от 6 июня 2022 г. по делу N А40-166870/2020, постановление Арбитражного суда Московского округа от 21 марта 2018 г. по делу N А40-229166/15, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 6 марта 2023 г. по делу N А40-99028/2022).

В связи с этим не исключается возможность в отдельных ситуациях возложения судом на хозяйственное общество обязанности по предоставлению информации о его деятельности фактическому бенефициару общества, например, при утрате истцом корпоративного контроля за деятельностью общества по причине противоправных действий третьих лиц, в иных аналогичных случаях, требующих обеспечения эффективной судебной защиты.

Раскрытие бенефициарных владельцев в пояснениях соответствующей организации способствует идентификации их как таковых, что по мнению суда может послужить достаточным доказательством для признания таких лиц в качестве бенефициаров и предоставления таким лицам необходимой информации с целью обеспечения эффективной судебной защиты.

35.  ПОСТАНОВЛЕНИЕ АРБИТРАЖНОГО СУДА ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА ОТ

22.11.2023 г. ПО ДЕЛУ N А31-11117/2022

Как следует из материалов дела, правопреемник Клиента обратился в суд с требованием о возмещении суммы списанных Банком при расторжении договора банковского обслуживания денежных средств в виде неустойки за непредоставление клиентом документов (или предоставление клиентом ненадлежащих документов), запрашиваемых Банком в связи с реализацией правил внутреннего контроля, комиссии, взимаемой при закрытии счета.

Апелляционный суд указал, что правовое основание для удержания спорной суммы отсутствовало, квалифицировал денежные средства, перечисленные в качестве неустойки, как неосновательное обогащение Банка, признал обоснованным удержание комиссии за закрытие счета. Суд кассационной инстанции согласился с доводами апелляционной инстанции и указал, что осуществление Банком действий по удержанию неустойки за непредставление документов не является формой контроля, осуществляемой в рамках Закона N 115-ФЗ.

Исполнение Банком публично-правовой обязанности обеспечивается только теми санкциями, которые предусмотрены законом, а не договором с клиентом. Непредставление клиентом запрошенных документов в силу пункта 11 статьи 7 Закона N 115-ФЗ является основанием для отказа Банком в выполнении распоряжения клиента о совершении операции. Закон N 115-ФЗ, равно как и иные федеральные законы, не содержат положений, позволяющих кредитным организациям в качестве мер противодействия легализации доходов, полученных преступным путем, устанавливать специальные санкционные меры, такие как комиссия за непредставление документов по запросу банка или неустойка, начисленная в связи с непредставлением запрошенных Банком документов в установленный срок.

Осуществление кредитной организацией публичной функции контроля не может использоваться в частноправовых отношениях в качестве способа извлечения выгоды в виде повышенной платы за совершение такого рода операций (пункт 4 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2021), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 07.04.2021).

Решение суда апелляционной инстанции оставлено без изменения, кассационная жалоба без удовлетворения.

 

36.  ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВЕРХОВНОГО СУДА РФ ОТ 19.09.2023 N 305-ЭС23-16119 ПО ДЕЛУ N А40-155642/2022

Как следует из обжалуемых актов, Банк приостановил дистанционное банковское обслуживание Общества, на основании заключенных между Банком и Обществом договоров банковского сопровождения государственных контрактов по государственному оборонному заказу, в связи с не предоставлением запрашиваемых в рамках Закона N 115-ФЗ документов.

Так, Банк запросил: сведения о модели бизнеса клиента с документами, в том числе ПТС на транспортные средства, договор аренды и пр.; копии банковских выписок по счетам открытым в других кредитных учреждениях с указанием определенных операций (налоги, заработная плата и др.); справку из налогового органа об открытых (закрытых) счетах; штатное расписание.

В ответ на запрос Банка Общество представило пояснительную записку, содержание которой раскрывало его деятельность, отвечало на поставленные ответчиком вопросы, однако Банк не разблокировал доступ к системе дистанционного банковского обслуживания.

Суды удовлетворили заявленные требования Общества, указав, что общие подозрения относительно клиента не могут быть признаны надлежащим основанием для отказа кредитной организации в совершении конкретной операции; запрос Банка не содержал указаний на подозрительный характер тех или иных транзакций, совершенных Обществом, а касался исключительно получения общей информации о клиенте; доказательств подозрительности действий клиента не представлено.

Банку (заявителю) отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

 

37.  ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВЕРХОВНОГО СУДА РФ ОТ 19.07.2023 N 305-ЭС23-12116 ПО ДЕЛУ N А40-85165/2022

Как следует из судебных актов, Банк не представил доказательств тому, что по своему характеру операция, совершаемая Обществом по платежному поручению в адрес другого общества, является подозрительной, и сомнения банка, касающиеся истинных целей ее совершения, являются обоснованными. Суды правильно учли, что отказ иных кредитных организаций в банковском обслуживании Общества по мотиву применения мер, предусмотренных Федеральным законом от 07.08.2001 N 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», в отсутствие иных признаков подозрительности не может служить самостоятельным основанием для приостановления платежной операции.

Исходя из установленных обстоятельств, суды пришли к выводу о том, что Банк незаконно отказал в исполнении платежного поручения Общества, так как предусмотренных пунктом 11 статьи 7 Федерального закона от 07.08.2001 N 115-ФЗ оснований для этого не имелось.

Банку отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

38.  АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ ОРЕНБУРГСКОГО ОБЛАСТНОГО СУДА ОТ 31.01.2019 г. ПО ДЕЛУ N 33А-554/2019(33А-10588/2018)

Прокурор в интересах Российской Федерации обратился в суд с иском к нотариусу по результатам прокурорской проверки соблюдения нотариусом законодательства о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем и финансированию терроризма, в рамках которой было выявлено несоответствие Правил внутреннего контроля в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, утвержденных приказом нотариуса (далее – «Правила»), требованиям Федерального Закона N 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» (далее Федеральный закон N 115- ФЗ) и подзаконных нормативных актов в сфере противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма.

По мнению прокурора, определенное в Правилах понятие бенефициарного владения, не соответствует понятию, данному в ст. 3 Федерального закона N 115-ФЗ. Также в составе Правил не разработана программа оценки степени (уровня) риска совершения клиентом операций, связанных с легализацией (отмыванием) доходов, полученных преступным путем, и финансированием терроризма. Правилами не предусмотрен порядок выявления среди физических лиц, находящихся или принимаемых на обслуживание, иностранных публичных должностных лиц, а также их супругов и близких родственников, порядок принятия на обслуживание иностранных публичных должностных лиц, а также меры по определению источников происхождения денежных средств или иного имущества иностранных публичных должностных лиц. Правила не учитывают мероприятия по определению принадлежности клиента, представителя клиента, выгодоприобретателя к иностранному публичному должностному лицу, выявлению юридических и физических лиц, имеющих соответственно регистрацию, место жительства или место нахождения в государстве (на территории), которое (которая) не выполняет рекомендации Группы разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег, либо использующих счета в банке, зарегистрированном в указанном государстве (на указанной территории), оценке и присвоению клиенту степени (уровня) риска, обновлению сведений, полученных в результате идентификации клиентов организации, установления и идентификации выгодоприобретателей. Правила не предусматривают определение ИНН (при наличии), сведения о месте пребывания, а также информацию о том, является ли физическое лицо иностранным публичным должностным лицом, его супругом, близким родственником (родственником по прямой восходящей или нисходящей линии (родителем или ребенком, дедушкой, бабушкой или внуком), полнородными или неполнородными (имеющим общего отца или мать) братом или сестрой, усыновителем или усыновленным). Правила не содержат сведения, устанавливаемые при идентификации представителя физического лица, сведения, устанавливаемые при идентификации юридического лица. Правилами не предусмотрены сведения, устанавливаемые при идентификации выгодоприобретателя. Программа документального фиксирования информации не содержит основания документального фиксирования информации, полученной в результате реализации Правил внутреннего контроля. В Правилах не определен порядок фиксирования и обновления данных, полученных в результате идентификации и оценки уровня (степени) риска, а также не в полном объеме учтены положения Приказа Росфинмониторинга от 8 мая 2009 г. N 103 «Об утверждении рекомендаций по разработке критериев выявления и определения признаков необычных сделок».

Требование Прокурора о признании незаконным бездействия нотариуса по неприведению в соответствие с требованиями федерального законодательства Правил и принуждении нотариуса в течение месяца со дня вступления в силу решения суда привести Правила в соответствие с требованиями законодательства о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма были удовлетворена судом первой инстанции.

Доводы апелляционной жалобы нотариуса о нераспространении на нотариусов в полной мере действия Федерального закона N 115, судебная коллегия считает необоснованными.

Апелляционным судом отказано в удовлетворении апелляционной жалобы нотариуса, решение суда первой инстанции, удовлетворяющее требования прокурора, оставлено без изменения.

 

39.  ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВЕРХОВНОГО СУДА РФ ОТ 05.05.2023 г. N 304-ЭС23-5063 ПО ДЕЛУ N А45-36153/2021

Судами установлено, что у публичного акционерного общества «Сбербанк России» имелись основания, предусмотренные пунктом 5.2 статьи 7 Федерального закона от 07.08.2001 N 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», для расторжения договора банковского счета с обществом с ограниченной ответственностью «ТК «Меркурий», поскольку совершаемые данным обществом операции по счету обладали признаками подозрительности, предусмотренными пунктом 6.3 Положения Банка России от 02.03.2012 N 375-П «О требованиях к правилам внутреннего контроля кредитной организации в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», а также правилами внутреннего контроля банка.

В частности, банк выявил, и впоследствии это подтвердилось в судебном разбирательстве, что на банковский счет массово поступали денежные средства от различных юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, при этом документы, раскрывающие содержание хозяйственных операций, являющихся основанием для этих поступлений, предоставлялись обществом не в полном объеме, а представленные — имели многочисленные недостатки, позволяющиеся сомневаться в реальном характере сделок; хозяйственные операции общества в сопоставлении с оборотом денежных средств по счету не имели экономического смысла, поскольку, оказывая транспортные услуги, общество оплачивало перевозчикам большие суммы, чем получало от заказчиков; объем поступлений, включающих налог на добавленную стоимость, превышал объем расходных операций, не учитывающих указанный налог; среди источников поступлений имелись лица, обладающие признаками «технических компаний». В отношении общества установлены признаки номинального ведения хозяйственной деятельности ввиду отсутствия материально- технической базы и расходов, обычно сопутствующих реальной деятельности. Банк неоднократно отказывал обществу в проведении операций по счету по причине наличия обоснованных подозрений в том, что они совершаются в целях легализации преступных доходов и финансирования терроризма.

Несогласие общества с выводами судов об обстоятельствах дела, выраженное в доводах жалобы и направленное, по существу, на переоценку доказательств и установление иных фактических обстоятельств, в силу статьи 291.14 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, определяющей полномочия Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации, не может являться основанием для пересмотра судебных актов.

Обществу (заявителю) отказано в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

 

40.  ОПРЕДЕЛЕНИЕ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РФ ОТ 25.04.2023 №1006-О

Как установил суд, заявительница, будучи единственным учредителем и директором юридического лица, действуя с прямым умыслом и целью сокрытия от государственного финансового и налогового контроля денежных средств, принадлежащих указанному юридическому лицу, т.е. сокрытия его фактической финансово-хозяйственной деятельности и извлечения имущественной выгоды для себя, в составе группы лиц по предварительному сговору с неустановленными лицами из числа сотрудников этого же юридического лица по фиктивно заключенным (ничтожным) договорам поставки с организациями, не осуществляющими фактической финансово-хозяйственной деятельности, не имея предусмотренных законом правовых оснований для перевода (перечисления) денежных средств с расчетного счета возглавляемого ею юридического лица на расчетные счета указанных организаций, изготовляли и хранили в целях использования поддельные распоряжения о переводе денежных средств (содержавшие заведомо ложные, не соответствующие действительности сведения относительно назначения платежа и самой финансовой операции), которые заверяли электронной цифровой подписью заявительницы с использованием соответствующего ключа и направляли в банковскую организацию для перевода денежных средств, тем самым используя поддельные распоряжения о переводе денежных средств для их последующего незаконного обналичивания.

В данной связи заявительница просит признать не соответствующей статьям 2, 8 (часть 2), 15, 17 (части 1 и 3), 18, 19 (части 1 и 2), 35 (части 1 — 3), 37 (часть 2), 45 (часть 1), 46 (части 1 и 2), 49 и 55 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации статью 187 УК Российской Федерации, утверждая, что данная норма нарушает ее права, поскольку в силу неопределенности своего содержания позволила произвольно привлечь к уголовной ответственности ее как лицо, правомочное на изготовление распоряжений о переводе денежных средств юридического лица с любыми реквизитами, за подделку таких своих же распоряжений, т.е. за осуществление обычной хозяйственной деятельности, бухгалтерскую ошибку, отсутствие должной осторожности и осмотрительности при выборе контрагентов в договорных отношениях, либо же за умышленные действия по уклонению от уплаты налогов организацией (статья 199 этого Кодекса).

Как указал суд, в части первой статьи 187 УК Российской Федерации установлена уголовная ответственность за изготовление, приобретение, хранение, транспортировку в целях использования или сбыта, а равно сбыт поддельных платежных карт, распоряжений о переводе денежных средств, документов или средств оплаты (за исключением случаев, предусмотренных статьей 186 данного Кодекса), а также электронных средств, электронных носителей информации, технических устройств, компьютерных программ, предназначенных для неправомерного осуществления приема, выдачи, перевода денежных средств. Данная норма, подлежащая применению с учетом фактических обстоятельств конкретного дела, предполагает ответственность лишь при условии доказанности умысла лица на совершение этих действий, в том числе включающего осознание им предназначения изготавливаемых или сбываемых документов как платежных, а также возможности их использования именно в таком качестве (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 25 января 2005 года N 66-О и N 69-О, от 27 января 2011 года N 37-О-О, от 17 июля 2014 года N 1815-О и от 31 марта 2022 года N 761-О).

По смыслу разъяснений, данных Пленумом Верховного Суда Российской Федерации, документы признаются поддельными, если установлено наличие в них признаков как незаконного изменения отдельных частей подлинного документа путем подчистки, дописки, замены элементов и др., искажающего его действительное содержание, так и изготовления нового документа, содержащего заведомо ложные сведения, в том числе с использованием подлинных бланка, печати, штампа (пункт 8 постановления от 17 декабря 2020 года N 43 «О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях, предусмотренных статьями 324 — 327.1 Уголовного кодекса Российской Федерации»).

Конституционным судом РФ было отказано в принятии к рассмотрению жалобы заявительницы.

 

41.  ПОСТАНОВЛЕНИЕ ШЕСТОГО АРБИТРАЖНОГО АПЕЛЛЯЦИОННОГО СУДА ОТ 30.01.2023 ПО ДЕЛУ № А73-5053/2021

Гурко С.С. обратился в Арбитражный суд с заявлением о признании Общества несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника. Требование заявителя заявлено на основании судебного приказа мирового судьи о взыскании с Общества в пользу Гурко С.С. задолженности по договору купли-продажи.

Решением суда Общество признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении должника открыта процедура конкурсного производства. Определением суда конкурсное производство в отношении Общества было завершено.

Федеральная налоговая служба обратилась в суд с заявлением о пересмотре решения суда о признании должника банкротом по новым и вновь открывшимся обстоятельствам.

В обоснование приведены доводы о том, что судебный приказ, на основании которого Гурко С.С. обратился с заявлением о признании Общества банкротом отменен по жалобе прокуратуры. До признания общества банкротом долг перед Гурко С.С. мог быть оплачен; Гурко С.С. и Общество заключили договор купли-продажи для создания фиктивного документооборота по взысканию задолженности.

С учетом разъяснений суда высшей судебной инстанции в Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с принятием судами мер противодействия незаконным финансовым операциям (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 08.07.2020), орган прокуратуры, уполномоченный орган (территориальное подразделение Росфинмониторинга), налоговый или таможенный орган вправе обратиться в суд с заявлением о пересмотре решения (определения, постановления) суда, судебного приказа по вновь открывшимся обстоятельствам, если эти обстоятельства указывают на нарушение участниками процесса законодательства в сфере противодействия легализации доходов, полученных незаконным путем, не были известны на момент рассмотрения спора и могут повлиять на исход дела.

Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по дальневосточному федеральному округу представило письменный отзыв, указав, что в отношении Гурко С.С. (учредитель и руководитель нескольких обществ) имеется информация кредитных организаций о подозрительных транзитных операциях и предоставлении информации, которую невозможно проверить.

Обстоятельства, указывающие на нарушение участниками процесса законодательства в сфере противодействия легализации доходов, обращение в суд с целью придания правомерного вида незаконным финансовым операциям, имеющих существенное значение для дела, но не являвшихся предметом судебного разбирательства по данному делу, могут быть признаны судом вновь открывшимися обстоятельствами.

Требование о пересмотре по новым и вновь открывшимся обстоятельствам судебного акта о несостоятельности (банкротстве) удовлетворено.

 

42.  ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВЕРХОВНОГО СУДА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОТ

08.02.2023 N 305-ЭС22-27862 ПО ДЕЛУ А40-113634/2021

Общество обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением к Банку о взыскании убытков и процентов за пользование чужими денежными средствами.

Общество представило в Банк заявление о закрытии счета и переводе остатка денежных средств на счет в другой кредитной организации.

Как указало Общество, заявление было принято Банком, однако не исполнено. Банк уведомил его о том, что в отношении Общества в кредитную организацию были направлены судебные приказы, выданные мировым судьей. 28.04.2021 указанные судебные приказы были отменены, о чем на сайте судебного участка имеется соответствующая информация.

Между тем, 29.04.2021 после окончания банковского дня несмотря на то, что соответствующие судебные приказы уже были отменены и Банк был уведомлен о наличии у истца возражений в отношении их законности, ответчик произвел списание денежных средств с расчетного счета. Общество полагает, что в результате незаконного исполнения данных судебных приказов Банк нанес Обществу ущерб в размере 894 435 рублей.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, руководствуясь статьями 15, 393, 395, 854 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями

8, 12, 70 Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», статьей 7 Федерального закона от 07.08.2001 N 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», суды отказали в удовлетворении заявленных требований, не установив вины Банка в утрате Обществом денежных средств, отметив обоснованность их списания со счета истца, поскольку при исполнении требований исполнительных документов у кредитной организации отсутствовала подтвержденная информация об отмене судебных приказов и дальнейшая задержка исполнения по предъявленным исполнительным документам не являлась законной и обоснованной, принимая во внимание, что по результатам осуществленных Банком проверочных мероприятий проводимые по счету истца операции были признаны сомнительными. При осуществлении спорных платежей Банк не допустил нарушений условий заключенного сторонами договора банковского счета и требований действующего законодательства.

 

43.  ПОСТАНОВЛЕНИЕ    ДЕВЯТОГО    АРБИТРАЖНОГО    АПЕЛЛЯЦИОННОГО СУДА ОТ 15.09.2022 N 09АП-52581/2022 ПО ДЕЛУ N А40-49834/2022

 

Аудиторская организация обратилась в суд с заявлением о признании незаконным предписания Управления Федерального казначейства.

В ходе проверки Управления Федерального казначейства было выявлено, что аудиторской организацией в ходе аудита бухгалтерской (финансовой) отчетности кредитной организации за 2020 год не соблюдена обязанность уведомить Росфинмониторинг о наличии любых оснований полагать, что сделки или финансовые операции аудируемого лица могли или могут быть осуществлены в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма.

Вышеуказанное бездействие привело к нарушению пункта 3.2 части 2 статьи 13 Федерального закона «Об аудиторской деятельности» часть 2.1 статьи 7.1 Федерального закона N 115-ФЗ. Федеральный закон N 115-ФЗ не уточняет, какие финансовые операции аудируемого лица, подлежат анализу со стороны аудиторской организации, индивидуального аудитора.

По мнению Управления Федерального казначейства в ходе аудита аудиторская организация должна была провести оценку всех рисков легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, и финансирования терроризма при рассмотрении совершенных (совершаемых) операций или групп операций аудируемым лицом, а также его деятельности в целом, в том числе клиентских и операционных. И при наличии любых оснований полагать, что сделки или финансовые операции аудируемого лица могли или могут быть осуществлены в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма, обязаны уведомить об этом уполномоченный орган согласно пункту 2.1 статьи 7.1 Федерального закона N 115-ФЗ.

В акте плановой проверки отражено, что в отношении ряда клиентов кредитной организации не получено достаточных надлежащих аудиторских доказательств в отношении экономической целесообразности операций, связанных с предоставлением (получением) процентных займов. Операции с кредитными средствами имеют признаки сомнительных операций (могут классифицироваться органами надзора как сомнительные).

Осуществление переводов, платежей и других операций по счетам клиентов банка относятся к финансовым (банковским) операциям, проводимым банком, и, следовательно, подпадают под действие пункта 3.2 части 2 статьи 13 Федерального закона «Об аудиторской деятельности» и части

2.1 статьи 7.1 Федерального закона N 115-ФЗ.

В Федеральном законе «О банках и банковской деятельности» не содержится разграничения о сделках и операциях, совершаемых от имени клиента Банка и от имени самого Банка. Соответственно, сведения об операциях и сделках, совершаемых клиентами Банка, подлежат передаче в Росфинмониторинг в соответствии с частью 2.1 статьи 7.1 Федерального закона N 115- ФЗ, и не могут составлять аудиторскую тайну.

В связи с вышеизложенным, требования аудиторской организации о признании незаконным предписания Управления Федерального казначейства удовлетворены не были.

 

44.  ПОСТАНОВЛЕНИЕ    ДЕВЯТОГО    АРБИТРАЖНОГО    АПЕЛЛЯЦИОННОГО СУДА ОТ 06.12.2022 N 09АП-73857/2022 ПО ДЕЛУ N А40-205609/2021

 

Индивидуальный предприниматель обратился в суд с исковым заявлением о взыскании в размере 1 500 000 руб. с Общества. В Обществе числится всего один сотрудник. Кроме того, в рамках уголовного дела участниками процесса даны объяснения об отсутствии задолженности у Общества перед старым кредитором Общества, до момента совершения переуступки данной задолженности индивидуальному предпринимателю. Суд пришел к обоснованному выводу о недоказанности факта реального характера совершения сделок.

На основании ст. 170 ГК РФ сделки участников оборота, совершенные в связи с намерением создать внешне легальные основания осуществления передачи денежных средств или иного имущества, в том числе, для легализации доходов, полученных незаконным путем, в зависимости от обстоятельств дела могут быть квалифицированы как мнимые (совершенные лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия) или притворные (совершенные с целью прикрыть другие сделки, в том числе сделки на иных условиях) ничтожные сделки.

Принимая во внимание изложенное, суд в силу п. 2 ст. 7 Федерального закона от 07.08.2001 N 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» и в соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ суд указал, что предъявленные истцом требования не подлежат удовлетворению, поскольку основаны на мнимых сделках, не имеющих законной цели совершения, в то время как действительной целью обращения в суд является получение внешнего легального основания для перечисления значительной суммы денежных средств.

 

45.  ПОСТАНОВЛЕНИЕ АРБИТРАЖНОГО СУДА УРАЛЬСКОГО ОКРУГА ОТ

27.09.2022 N Ф09-6233/22 ПО ДЕЛУ N А60-5402/2022

 

Судами из материалов дела установлено, что в рамках проверки Правил внутреннего контроля (ПВК) потребительского кооператива, установлено нарушение требований пункта 2 статьи 7 Федерального закона N 115-ФЗ и пункта 1.4 Положения Банка России N 445-П, выразившееся в несоответствии ПВК от 02.08.2021 пункту 4.2 Положения Банка России N 445-П, а именно в пункте 5.2.2.1 программы управления риском и в иных программах ПВК в целях ПОД/ФТ/ФРОМУ в перечне факторов, влияющих на оценку риска клиента в категории «риск по типу клиента и (или) бенефициарного владельца» отсутствует фактор: «указание в качестве адреса юридического лица адреса, в отношении которого имеется информация Федеральной налоговой службы о расположении по такому адресу также иных юридических лиц (в целях получения указанной информации некредитная финансовая организация использует ресурс «Адреса массовой регистрации (адреса, указанные при государственной регистрации в качестве места нахождения несколькими юридическими лицами)», размещенной на официальном сайте Федеральной налоговой службы в сети Интернет)».

Проанализировав содержание спорного положения ПВК от 02.08.2021 на предмет их соответствия Положению Банка России N 445-П, суды заключили, что содержание факторов, влияющих на оценку риска клиента, изложенных в ПВК кооператива в целях ПОД/ФТ/ФРОМУ от 02.08.2021 и Положении Банка России N 445-П, не идентичны, в частности, в представленных ПВК не указан источник, к которому следует обращаться для получения информации об адресе массовой регистрации, а именно, официальный сайт Федеральной налоговой службы в сети Интернет; формулировка фактора, указанного в ПВК, не конкретизирована и может иметь более широкое толкование понятия адреса массовой регистрации и, как следствие, пайщикам — юридическим лицам может рассматриваться более высокий уровень риска клиента.

Потребительскому кооперативу отказано в удовлетворении требования об обжаловании постановления о привлечении к ответственности за совершение которого предусмотрена частью 1 статьи 15.27 КоАП РФ, выразившейся в нарушении пункта 4.2 Положения Банка России N 445-П в части указания в ПВК от 02.08.2021 не всех факторов, влияющих на оценку риска клиента в категории «риск по типу клиента и (или) бенефициарного владельца»).

 

46.  ПОСТАНОВЛЕНИЕ     АРБИТРАЖНОГО     СУДА     СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА ОТ 05.10.2022 N Ф08-9492/2022 ПО ДЕЛУ N А32-58412/2021

 

Банк приостановил проведение операций по счетам и предоставление других услуг в рамках технологии дистанционного доступа к счету по причине выявления признаков, указывающих на необычный характер операций, приведенных в приложении к Положению Банка России от 02.03.2012 N 375-П «О требованиях к правилам внутреннего контроля кредитной организации в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма». Банк предложил обществу предоставить документы и пояснения для снятия введенного ограничения, но после их предоставления обслуживание не возобновил, ссылаясь на то, что представленные документы не раскрыли суть проводимых по счету операций и являются недостаточным основанием для снятия ограничений.

Суд установил, что в ответ на запрос банка общество представило пояснительное письмо в отношении хозяйственной деятельности, договоры с контрагентами, налоговую отчетность, выписки по счетам. При этом банк не представил доказательств того, что прекращение обслуживания расчетного банковского счета общества в части дистанционного банковского обслуживания связано с попытками легализовать (отмыть) тем доходы, полученные преступным путем, или действия общества направлены на финансирование терроризма. Как верно указали суды, обязанность по доказыванию того, что совершаемые клиентом перечисления (как сделки) противоречат закону, то есть имеют запутанный или необычный характер, не имеют очевидного экономического смысла или очевидной законной цели, не соответствуют целям деятельности организации, установленным учредительными документами этой организации, возложена на банк. Поскольку банк не привел убедительные доводы и доказательства того, что совершенные обществом операции имеют какие-то конкретные признаки, предусмотренные в приложении к Положению N 375-П, а представленные клиентом документы, пояснения свидетельствуют об осуществлении им обычной хозяйственной деятельности, суды первой и апелляционной инстанции пришли к обоснованному выводу о правомерности заявленных обществом требований.

 

47.  ПОСТАНОВЛЕНИЕ АРБИТРАЖНОГО СУДА ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА ОТ

23.11.2022 N Ф01-6560/2022 ПО ДЕЛУ N А31-15978/2021

 

Общество обратилось в Арбитражный суд с заявлением о признании недействительным предписания управления Федеральной пробирной палаты. По мнению Общества оно не подпадает под действие Федерального закона от 07.08.2001 N 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» (далее — Закон N 115-ФЗ).

Суды установили и материалами дела подтверждается, что видами деятельности Общества является ковка, прессование, штамповка и профилирование, изготовление изделий методом порошковой металлургии; торговля оптовая золотом и другими драгоценными металлами; производство прочего электрического оборудования; производство изделий технического назначения из драгоценных металлов; обработка отходов и лома драгоценных металлов. Общество состоит на учете в Верхне-Волжском межрегиональном управлении Федеральной пробирной палаты как организация, осуществляющая операции с драгоценными металлами и драгоценными камнями.

В своей деятельности Общество использует металлические порошки содержащие серебро для изготовления изделий, именуемых «контакт-детали» и предназначенных для замыкания и размыкания электрических цепей в аппаратах управления электроэнергией и защиты цепей от перегрузок, которые реализуются Обществом контрагентам по договорам поставки, следовательно, в соответствии со статьей 5 Закона N 115-ФЗ Общество является субъектом, на которого распространяет действие данный закон и иные правовые акты в сфере противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, финансированию терроризма и финансированию распространения оружия массового уничтожения.

Исследовав и оценив представленные в дело доказательства, суды установили, что Управление в ходе проведения проверочных мероприятий установило несоблюдение Обществом требований законодательства о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма.

Суды пришли к обоснованному выводу о том, что оспариваемое предписание является исполнимым, направлено на устранение выявленных нарушений, соответствует действующему законодательству и не нарушает права и законные интересы Общества, в связи с чем правомерно отказали Обществу в удовлетворении заявленного требования.

 

48.  ПОСТАНОВЛЕНИЕ    ДЕВЯТОГО    АРБИТРАЖНОГО    АПЕЛЛЯЦИОННОГО СУДА от 15.09.2022 N 09АП-52581/2022 по делу N А40-49834/2022

 

Аудиторской организацией в ходе аудита бухгалтерской (финансовой) отчетности банка за 2020 год не соблюдена обязанность уведомить Росфинмониторинг о наличии любых оснований полагать, что сделки или финансовые операции аудируемого лица могли или могут быть осуществлены в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма. Аудиторская организация утверждает, что у нее не возникло обязанности уведомить Росфинмониторинг, так как сомнительная операция была совершена клиентом банка, а не самим банком. Вышеуказанный довод аудиторской организации по мнению суда основан на неверном трактовании норм права.

Аудиторская организация в ходе аудита банка должна была провести оценку всех рисков легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, и финансирования терроризма при рассмотрении совершенных (совершаемых) операций или групп операций аудируемым лицом, а также его деятельности в целом, в том числе клиентских и операционных. И при наличии любых оснований полагать, что сделки или финансовые операции аудируемого лица могли или могут быть осуществлены в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма, обязаны уведомить об этом уполномоченный орган согласно пункту 2.1 статьи 7.1 Федерального закона N 115-ФЗ.

В акте плановой проверки отражено, что в отношении ряда клиентов банка не получено достаточных надлежащих аудиторских доказательств в отношении экономической целесообразности операций, связанных с предоставлением (получением) процентных займов. Операции с кредитными средствами имеют признаки сомнительных операций (могут классифицироваться органами надзора как сомнительные)

При реализации правил внутреннего контроля банка операция, проводимая по банковскому счету клиента, квалифицируется в качестве операции, подпадающей под какой-либо из критериев, перечисленных в пункте 2 статьи 7 Федерального закона N 115-ФЗ и, соответственно, являющихся основаниями для документального фиксирования информации, банк вправе запросить у клиента предоставления не только документов, выступающих формальным основанием для совершения такой операции по счету, но и документов по всем связанным с ней операциям, а также иной необходимой информации, позволяющей банку уяснить цели и характер рассматриваемых операций (определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2018 N 78-КГ17-90).

Согласно пункту 14 статьи 7 Федерального закона N 115-ФЗ клиенты обязаны предоставлять организациям, осуществляющим операции с денежными средствами или иным имуществом, информацию, необходимую для исполнения указанными организациями требований данного Федерального закона, включая информацию о своих выгодоприобретателях и бенефициарных владельцах.

В Федеральном законе «О банках и банковской деятельности» не содержится разграничения о сделках и операциях, совершаемых от имени клиента Банка и от имени самого Банка. Соответственно, сведения об операциях и сделках, совершаемых клиентами Банка, подлежат передаче в Росфинмониторинг в соответствии с частью 2.1 статьи 7.1 Федерального закона N 115- ФЗ, и не могут составлять аудиторскую тайну.

 

 

49.  ПОСТАНОВЛЕНИЕ   ВОСЬМОГО   АРБИТРАЖНОГО    АПЕЛЛЯЦИОННОГО СУДА от 13.07.2022 N 08АП-4503/2022 по делу N А70-22126/2021

 

Доверенность, на основании которой банк открыл счет на имя общества, не выдавалась данным обществом, не содержала в себе сведений о том, что представителю предоставлено право действовать от имени юридического лица.

Для целей идентификации в кредитную организацию представляются оригиналы документов или надлежащим образом заверенные копии, в случае представления надлежащим образом заверенных копий документов кредитная организация вправе потребовать представления оригиналов соответствующих документов для ознакомления (пункт 3.2 Положения N 499-П).

Соответственно, если для открытия расчетного счета предоставлялись заверенные копии документов, нотариально заверенная доверенность, то либо должны предоставляться оригиналы данных документов и доверенности, либо нотариально заверенные копии.

Таким образом, именно на банки возложены полномочия по проверке и идентификации лиц, обратившихся за открытием счета от имени юридического лица, а также по проверке учредительных и иных документов организаций при открытии счетов, т.е. банковский счет открывается конкретному юридическому лицу персонально, идентификация этого лица осуществляется банком в силу закона, по банковским правилам, на основании определенных правоустанавливающих и иных документов.

С учетом вышеуказанных обстоятельств, требований норм законодательства суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что банк не надлежащим образом исполнил обязанности по проверке и идентификации лица, обратившегося за открытием счета от имени общества, поскольку с заявлением об открытие счета обратилось неуполномоченное лицо и банк на основании данного обращения открыл обществу счет. Доказательств того, что банк предпринял все необходимые, разумные и достаточные меры по идентификации клиента и проверке сведений, представленных в банк, в том числе по проверке доверенности, в материалы дела не представлено. Таким образом, поскольку установлена прямая причинно-следственная связь между действиями банка по открытию и обслуживанию счета и неблагоприятными последствиями в виде утраты обществом денежных средств в размере 643291 руб. 19 коп. в результате их зачисления банком на расчетный счет, не принадлежащий обществу, и последующего расходования с него, суд первой инстанции правомерно удовлетворил исковые требования общества о взыскании с банка причиненных убытков в полном объеме.

 

50.  ПОСТАНОВЛЕНИЕ     АРБИТРАЖНОГО     СУДА     СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА от 06.07.2022 N Ф08-5933/2022 по делу N А25-3040/2020

 

Проверкой прокурора в отношении ООО «Ломбард «Драгоценности Урала» установлено отсутствие журнала контроля за движением ювелирных изделий и других изделий из драгоценного металла, журнала учета сообщений в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, журнала учета применения мер по замораживанию (блокированию) денежных средств или иного имущества, журнала мер по приостановлению операций.

Доказательства наличия объективных причин, препятствующих соблюдению заявителем требований действующего законодательства в области осуществления предпринимательской деятельности, не представлены. Доказательства, свидетельствующие о принятии обществом полного комплекса мер, направленных на соблюдение установленных законом требований, в материалах дела отсутствуют.

 

 

51.  ПОСТАНОВЛЕНИЕ АРБИТРАЖНОГО СУДА МОСКОВСКОГО ОКРУГА от

26.05.2022 N Ф05-10722/2022 по делу N А40-175509/2021

 

Установив, что действия банка по блокировке системы дистанционного банковского обслуживания клиента являются незаконными, а также осуществляемые клиентом операции не подпадают под признаки (факторы) рисковых, доказательств того, что банковские операции клиента за спорный период были запутанными, неочевидными, не имели реальной цели, или преследовали цели по легализации денежных средств, полученных преступным путем, пошли на финансирование террористической деятельности, а равно преследовали иную противоправную цель, банком не представлены, суды первой и апелляционной инстанции в соответствии со статьями 309, 310, 845, 848 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 1, 7 Закона N 115-ФЗ, статьями 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приняли правильное решение об удовлетворении исковых требований о признании незаконными действий банка по ограничению распоряжения денежными средствами на расчетном счете.

 

52.  ПОСТАНОВЛЕНИЕ АРБИТРАЖНОГО СУДА ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА от 05.05.2022 N Ф03-1648/2022 по делу N А73-12498/2021

 

В нарушение требований пункта 2 Указания Банка России от 17.10.2018 N 4937-У при формировании ФЭС, содержащих информацию о результатах проверок, проведенных в соответствии с требованиями подпункта 7 пункта 1 статьи 7 Федерального закона N 115-ФЗ и пункту 6 статьи 7.5 Федерального закона N 115-ФЗ, обществом были неверно указаны отдельные показатели ФЭС, за что обществу Банком России было выдано предписание об устранении нарушений. При устранении нарушения общество снова допустило несколько ошибок при формировании ФЭС, за что было вынесено постановление о привлечении к ответственности по ч. 3 ст. 15.27 КоАП РФ за неисполнение предписания.

Проверяя по правилам части 2 статьи 2.1 КоАП РФ наличие вины во вмененном правонарушении, суды установили, что у общества имелась возможность для принятия мер устранению нарушений отраженных в предписании, однако им не были приняты все зависящие от него меры для надлежащего исполнения требований законодательства в области ПОД/ФТ/ФРОМУ. Доказательства невозможности исполнения обществом требований вышеуказанных норм законодательства в силу чрезвычайных событий и обстоятельств, которые оно не могло предвидеть и предотвратить при соблюдении той степени заботливости и осмотрительности, которая от него требовалась, отсутствуют.

При этом суды, изучив обстоятельства совершенного административного правонарушения, принимая во внимание его характер и степень общественной опасности, пришли к выводу о возможности применения в данном случае статьи 2.9 КоАП РФ, поскольку допущенное правонарушение не создало существенной угрозы общественным отношениям в области противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, финансированию терроризма и финансированию распространения оружия массового уничтожения и не причинило вред интересам граждан, юридических лиц и государства. Требование общества об отмене постановления о привлечении к ответственности по ч. 3 ст. 15.27 КоАП РФ за неисполнение предписания было удовлетворено.

 

53.  ПОСТАНОВЛЕНИЕ АРБИТРАЖНОГО СУДА ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА от

02.09.2022 N Ф01-4176/2022 по делу N А43-35869/2021

 

Выявив, что общество нарушило требования законодательства РФ о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, Управление Федеральной пробирной палаты предписанием потребовало устранить нарушение. Общество просит признать недействительным решение и считает, что суды не выяснили обстоятельства, имеющие существенное значение для дела. Общество указывает, что не относится к организациям, осуществляющим операции с драгоценными металлами. Предметом заключенных им договоров поставки и государственных контрактов являются не драгоценные металлы (прокат серебра, золота), а готовые изделия — проволока, станки, двигатели, отходы.

Суды установили и материалами дела подтверждается, что основным видом деятельности Общества является производство турбореактивных и турбовинтовых двигателей и их частей (вид деятельности по ОКВЭД — 30.30.12). Дополнительным видом деятельности является обработка отходов и лома драгоценных металлов (вид деятельности по ОКВЭД — 38.32.2).

Общество состоит на учете в Федеральной пробирной палате как организация, осуществляющая операции с драгоценными металлами и драгоценными камнями, а именно, куплю- продажу драгоценных металлов.

Таким образом, суды пришли к обоснованному выводу о том, что оспариваемое предписание соответствует действующему законодательству и не нарушает права и законные интересы общества, в связи с чем правомерно отказали в удовлетворении его заявления.

 

54.  ОПРЕДЕЛЕНИЕ Конституционного Суда РФ от 28.06.2022 N 1597-О

Гражданин С.В. Крамской, оспаривает конституционность некоторых положений законодательства, в том числе пп. 1) п. 1 ст. 7 Федерального закона от 7 августа 2001 года N 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма».

В Постановлении от 30 июня 2021 года N 31-П Конституционный Суд Российской Федерации указал, что само по себе закрепление законодателем обязанности определенных организаций проводить идентификацию своих клиентов не выходит за пределы его конституционных полномочий (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 1 декабря 2005 года N 519-О и от 13 мая 2010 года N 688-О-О); в частности, установление сведений об адресе места жительства (регистрации) или места пребывания гражданина при проведении его идентификации позволяет индивидуализировать того или иного субъекта с наибольшей степенью определенности, что способствует эффективной реализации положений указанного Федерального закона и достижению его целей; при этом отсутствие у гражданина регистрации по месту жительства или по месту пребывания на территории Российской Федерации не создает для него непреодолимых препятствий для реализации требований названного Федерального закона и не может расцениваться как нарушающее конституционные права гражданина, если гражданин может обосновать объективность и уважительность причин отсутствия регистрации и подтвердить данные о месте своего проживания (пребывания) иным способом.

Таким образом, оспариваемые положения не могут рассматриваться как нарушающие конституционные права заявителя в указанном в жалобе аспекте.

 

55.  ПОСТАНОВЛЕНИЕ     АРБИТРАЖНОГО     СУДА     ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА от 18.02.2022 N Ф04-8263/2021 по делу N А46-6682/2021

 

Субъектами административной ответственности по статье 15.27 КоАП РФ являются организации, осуществляющие операции с денежными средствами или иным имуществом, исчерпывающий перечень которых приведен в статье 5 Закона N 115-ФЗ. Согласно абзацу 11 статьи 5 Закона N 115-ФЗ к организациям, осуществляющим операции с денежными средствами или иным имуществом, относятся операторы по приему платежей.

Согласно части 1 статьи 3 Закона N 103-ФЗ под деятельностью по приему платежей физических лиц в целях данного закона признается прием платежным агентом от плательщика наличных денежных средств, направленных на исполнение денежных обязательств перед поставщиком по оплате товаров (работ, услуг), в том числе внесение платы за жилое помещение и коммунальные услуги в соответствии с Жилищным кодексом Российской Федерации, а также осуществление платежным агентом последующих расчетов с поставщиком.

Исходя из взаимосвязанных положений названных норм права юридическое лицо, являющееся гарантирующим поставщиком и получающее плату за электроэнергию, для целей Закона N 103-ФЗ признается поставщиком услуг и не является платежным агентом в том значении, в каком оно используется в Законе N 103-ФЗ и Законе N 115-ФЗ. Между тем доводы общества о том, что в проверяемый период спорные платежи поступили ему в рамках договоров энергоснабжения, по которым общество является поставщиком электрической энергии, в связи с чем в рассматриваемом случае общество не является субъектом административной ответственности, предусмотренной частью 2 статьи 15.27 КоАП РФ, не были предметом исследования судов и не получили надлежащую правовую оценку.

Дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Омской области.

 

56.  ПОСТАНОВЛЕНИЕ  АРБИТРАЖНОГО  СУДА  УРАЛЬСКОГО  ОКРУГА  от

25.11.2021 N Ф09-7640/21 по делу N А60-5382/2021

 

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в материалы дела доказательства, суды установили, что представленные истцом документы, пояснения свидетельствуют об осуществлении обычной хозяйственной деятельности, однако, ограничивая клиента в использовании системы дистанционного банковского обслуживания с помощью «Интернет-банк Light», общество «УБРиР» не указало конкретные обстоятельства, послужившие причиной приостановления данной услуги, ограничившись лишь ссылкой на положения Закона N 115-ФЗ и не представив при этом доказательств того, что совершаемые клиентом банковские операции, проводимые по счету, противоречат закону, то есть имеют запутанный или необычный характер, не имеют очевидного экономического смысла или очевидной законной цели, не соответствуют целям деятельности организации, установленным учредительными документами этой организации, в связи с чем пришли к выводу об отсутствии оснований, поименованных в статье

7 Закона и позволяющих банку приостановить предоставление клиенту банковских услуг посредством системы дистанционного банковского обслуживания.

Суд апелляционной инстанции, усмотрев противоречивость в действиях общества «УБРиР», поскольку, указывая на сомнительность операций клиента проводимых по счету, банк не принимал решения об отказе в их совершении, и, тем не менее, приостановил услуги по ДБО (до получения от клиента документов, запрошенных обществом «УБРиР» для проверки истца), при этом дополнительных запросов о предоставлении документов клиенту не направил и не возобновил дистанционное банковское обслуживание, в связи с чем, признав действия банка по приостановлению банковского обслуживания необоснованными, вывод суда первой инстанции о наличии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований общества «Стройсила» поддержал.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба общества «УБРиР» — без удовлетворения.

 

57.  ПОСТАНОВЛЕНИЕ                ВОСЕМНАДЦАТОГО                АРБИТРАЖНОГО АПЕЛЛЯЦИОННОГО СУДА от 02.02.2021 N 18АП-15533/2020 по делу N А47- 12120/2020

Из системного анализа приведенных норм следует, что обязанности, установленные пунктом 2 статьи 7 Закона N 115-ФЗ, возникают только при условии фактического осуществления деятельности, указанной в статье 5 данного закона. При этом само по себе отнесение организации к перечню, содержащемуся в статье 5 Закона N 115-ФЗ, не влечет для нее обязанности предоставления вышеуказанных сведений при оказании услуг, не связанных с осуществлением им операций с денежными средствами и иным имуществом, и не является основанием для возложения на организацию обязанности по предоставлению информации об операциях с денежными средствами и иным имуществом которые оно само не осуществляет.

Указание в ЕГРЮЛ и уставе общества на осуществление деятельности агентств недвижимости за вознаграждение или на договорной основе в качестве основного предмета деятельности само по себе не является доказательством фактического осуществления обществом такой деятельности. Такое указание при отсутствии доказательств фактического оказания таких услуг, не является безусловным основанием отнесения ООО «Ключевые персоны» к субъектам, указанным в статье 5 Закона N 115-ФЗ.

Заключение договоров с некорректным наименованием «о возмездном оказании услуг по отчуждению недвижимого имущества», также не свидетельствует о том, что заявитель являлся посредником при осуществлении сделки купли-продажи недвижимого имущества от 24.05.2020 и от 04.06.2020.

Из материалов административного дела следует, что операций с имуществом, подлежащих контролю в соответствии с Законом N 115-ФЗ, а также с денежными средствами при продаже гражданином квартиры покупателю, обществом непосредственно и самостоятельно не производилось.

При таких обстоятельствах в данных правоотношениях ООО «Ключевые персоны» не является субъектом административной ответственности и в его действиях (бездействии) отсутствуют признаки состава административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена часть 1 статьи 15.27 КоАП РФ.

 

58.  ПОСТАНОВЛЕНИЕ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РФ от 30.06.2021 N 31-П

Согласно сложившейся судебной практике регистрация по месту жительства или по месту пребывания не рассматривается в качестве единственного доказательства, способного подтвердить местонахождение гражданина (постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 года N 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» (абзац шестой пункта 11) и от 29 мая 2012 года N 9 «О судебной практике по делам о наследовании» (абзац третий пункта 17, абзац второй пункта 36).

Таким образом, гражданин, не имеющий по объективным и уважительным причинам регистрации по месту жительства или по месту пребывания, которому на этом основании кредитной организацией отказано в заключении договора открытия расчетного банковского счета и выдаче дебетовой банковской карты, вправе оспорить этот отказ и представить соответствующие доказательства в суд, который должен оценить их с учетом приведенных выше подходов.

Следовательно, само по себе отсутствие у гражданина регистрации по месту жительства или по месту пребывания на территории Российской Федерации не создает для него непреодолимых препятствий для реализации требований абзаца второго подпункта 1 пункта 1 статьи 7 Федерального закона «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» и не может расцениваться как нарушающее конституционные права гражданина, если гражданин может обосновать объективность и уважительность причин отсутствия регистрации и подтвердить данные о месте своего проживания (пребывания) иным способом.

 

59.  «ОБЗОР   СУДЕБНОЙ   ПРАКТИКИ   ВЕРХОВНОГО   СУДА   РОССИЙСКОЙ

ФЕДЕРАЦИИ N 1 (2021)» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 07.04.2021)

 

В силу требований Федерального закона N 115-ФЗ (ст. 1, пп. 1, 2, 10 и 11 ст. 7, ст. 8) банк вправе с соблюдением правил внутреннего контроля относить сделки клиентов к сомнительным, что влечет определенные последствия, а именно приостановление соответствующей операции или отказ в выполнении распоряжения клиента о совершении операции, за исключением операций по зачислению денежных средств. При этом право банка взимать комиссию за совершение расчетно- кассовых операций в повышенном размере в целях борьбы с легализацией доходов, полученных преступным путем, в случае отнесения сделки клиента к сомнительным данным федеральным законом не предусмотрено.

Осуществление банком функций контроля в целях противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма производится в публичных интересах, во исполнение обязанностей, возложенных федеральным законом и принятыми в соответствии с ним нормативными актами, а не на основании договора с клиентом.

Осуществление кредитной организацией указанной выше публичной функции не может использоваться в частноправовых отношениях в качестве способа извлечения выгоды за счет клиента в виде повышенной платы за совершение операций с денежными средствами, которые кредитной организацией признаны сомнительными, поскольку это противоречит существу правового регулирования данных отношений и не предусмотрено ни Федеральным законом N 115- ФЗ, ни иными нормативными актами.

 

60.  ОПРЕДЕЛЕНИЕ ВЕРХОВНОГО СУДА РФ от 14.09.2021 N 309-ЭС21-11008 по

делу N А60-59024/2020

В целях выполнения требований Федерального закона Российской Федерации от 07.08.2001 N 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» (далее — Федеральный закон N 115-ФЗ) в отношении общества «Преображение» банком проведены ряд мероприятий, следствием которых явилось направление банком 13.12.2019 в адрес общества «Преображение» уведомления о расторжении договора и принятие обществом «Преображение» 16.03.2020 решения о закрытии счета и перечислении остатка денежных средств на расчетный счет истца в другом банке. Банк произвел перевод денежных средств на общую сумму 14 280 971 руб. 25 коп., а также списал комиссию в размере 1 428 097 руб. 12 коп. (назначение платежа — «комиссия при закрытии счета и наличии остатка на счете согласно тарифам Банка, без НДС»).

Верховный суд установил, что в настоящем случае действия банка не являлись самостоятельной банковской услугой, создавшей для клиента (общества) какое-либо дополнительное благо в рамках спорного договора, банком не представлено доказательств несения каких-либо затрат на такую стандартную операцию как перевод остатка денежных средств, суды пришли к выводу об отсутствии правовых оснований для списания банком комиссии в сумме 1 428 097,12 рубля.

 

 

61. ОПРЕДЕЛЕНИЕ КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА РФ от 23 апреля 2020 г. N 990-О.

Федеральный закон «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма», как следует из положений его статьи 1, направлен, в частности, на защиту прав и законных интересов граждан, общества и государства путем создания правового механизма противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем.

Само по себе отнесение организаций, оказывающих посреднические услуги при осуществлении сделок купли-продажи недвижимого имущества, к числу организаций, осуществляющих операции с денежными средствами или иным имуществом, не является произвольным и не может рассматриваться как нарушающее какие-либо конституционные прав и свободы.

 

62.  ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 25 февраля 2020 г. N 16-КГ19-46, 2-13134/2017

Согласно пункту 3.1.1 Тарифов комиссионного вознаграждения за услуги по расчетно- кассовому обслуживанию, предоставляемые физическим лицам в валюте Российской Федерации для филиала Центральный ПАО «Совкомбанк», услуга за зачисление поступивших в безналичном порядке денежных средств на счет от юридических лиц и индивидуальных предпринимателей в размере 600 000 руб. (накопительным итогом в течение месяца с момента поступления денежных средств) является платной — взимается комиссия в размере 20% при совершении операции.

При предоставлении подтверждающих документов осуществляется возврат ранее списанной комиссии. Рассмотрение и согласование возврата комиссии составляет три рабочих дня с момента предоставления подтверждающих документов. Срок предоставления подтверждающих документов

— три рабочих дня с момента зачисления денежных средств.

Федеральный закон N 115-ФЗ предоставляет Банку право с соблюдением требований правил внутреннего контроля относить сделки клиентов к сомнительным, влекущим применение определенных законом последствий, а именно приостановление соответствующей операции или отказ в выполнении распоряжения клиента о совершении операции, за исключением операций по зачислению денежных средств.

В связи с этим право на взимание Банком повышенного размера комиссии за зачисление поступивших в безналичном порядке денежных средств на счет физического лица от юридических лиц и индивидуальных предпринимателей на сумму свыше 600 000 руб. вследствие признания им такого зачисления сомнительной сделкой Федеральный закон N 115-ФЗ не предусматривает.

 

63.  ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 24 декабря

2019 г. N 78-КГ19-59, 2-1543/2018

Судами установлено, что в соответствии с распоряжением об отказе в заключении договора банковского счета (вклада) с физическим лицом, составленным 28 декабря 2017 г. уполномоченным сотрудником Банка Р.К.В., основанием для отказа в заключении договора банковского счета (вклада) с истцом послужило наличие подозрений в том, что целью заключения договора является совершение операций в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, и финансирования терроризма.

При этом уполномоченным сотрудником Банка указано на три следующих критерия: — при открытии счета физическое лицо не может самостоятельно пояснить, какой тарифный план ему необходим, и предъявляет написанные третьим лицом название тарифного плана и номер телефона, к которому необходимо подключить систему Альфа-Клик. Клиент не может внятно объяснить цели открытия счета и типы операций, которые он предполагает проводить; — в графе место работы и должность указываются сведения, предполагающие отсутствие постоянного источника дохода, клиент настаивает на повышенных пакетах услуг (ПУ «Комфорт», ПУ «Максимум»), при этом потребности клиента не соответствуют выбираемому пакету услуг; — по внешнему виду клиент находится в состоянии алкогольного или наркотического опьянения, имеет признаки низкого социального статуса.

Как следует из решения суда, поддержавшего банк, допрошенная в качестве свидетеля Р.К.В. в частности показала, что отказ в заключении договора банковского счета был сделан на основе ее субъективного мнения, при этом она по собственному усмотрению указала на наличие низкого социального статуса истца.

Однако, установив данные обстоятельства, суд не дал им оценки по правилам статьи 198 (часть 4) Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и не высказал своего суждения о приведенном характере критерия отказа в заключении договора банковского счета. Дело направлено на новое рассмотрение.

64.  ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПОСТАНОВЛЕНИЕ от 8

апреля 2019 г. N 77-АД19-1

 

Постановлением руководителя МРУ Росфинмониторинга по Центральному федеральному округу от 24 апреля 2018 г. N 07-18/41/28ПДЛ1, оставленным без изменения решением судьи Октябрьского районного суда г. Липецка от 16 июля 2018 г., решением судьи Липецкого областного суда от 16 августа 2018 г. и постановлением и.о. председателя Липецкого областного суда от 14 ноября 2018 г., директор ООО «ОВЦ» П.О.В. признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 15.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и подвергнута административному наказанию в виде административного штрафа в размере 11 000 рублей.

В удовлетворении требования П.О.В. о признании недействительным судом отказано. ООО «ОВЦ» осуществляет деятельность оператора по приему платежей.

Согласно пункту 2.4 Устава ООО «ОВЦ» предметом деятельности общества являются разработка, внедрение и предоставление инновационных видов услуг в сфере жилищно- коммунального хозяйства.

ООО «ОВЦ» заключены договоры с поставщиками на оказание услуг по организации сбора денежных средств от граждан за жилищно-коммунальные услуги.

В соответствии с указанными договорами поставщики уполномочили, а ООО «ОВЦ» приняло на себя обязательство по организации сбора денежных средств, поступающих от граждан за жилищно-коммунальные услуги.

В свою очередь ООО «ОВЦ» перечисляет поступившие на расчетные счета и специальные счета денежные средства (за вычетом его вознаграждения), оплаченные населением за жилищно- коммунальные услуги, на расчетные счета поставщиков или на указанные ими счета.

ООО «ОВЦ» от своего имени и за свой счет заключает договоры с банками, иными организациями о переводе денежных средств, поступающих от населения (физических лиц — плательщиков) за жилищно-коммунальные услуги, на целевые банковские счета, принадлежащие ООО «ОВЦ», открытые в названных банках.

Управляющие компании являются поставщиками услуг, а общество — оператором по приему платежей — платежным агентом, осуществляющим деятельность по приему в пользу поставщиков платежей от физических лиц через банки, почтамт и последующие расчеты с поставщиками.

В соответствии со статьей 5 Федерального закона от 7 августа 2001 г. N 115-ФЗ общество относится к организациям, осуществляющим операции с денежными средствами или иным имуществом.

Согласно пункту 4 части 2 статьи 1 Федерального закона от 3 июня 2009 г. N 103-ФЗ положения этого Федерального закона не применяются к отношениям, связанным с деятельностью по проведению расчетов, осуществляемых в безналичном порядке.

Вместе с тем прием платежей физических лиц (плательщиков) за жилищно-коммунальные услуги для их последующего перечисления оператору по приему платежей осуществляется посредством наличных денежных средств. Расчеты между обществом, платежными субагентами, поставщиками не отвечают признакам расчетов, проводимых в безналичном порядке в смысле, придаваемым таким расчетам пунктом 4 части 2 статьи 1 Федерального закона от 3 июня 2009 г. N 103-ФЗ.

То обстоятельство, что платежи за жилищно-коммунальные услуги непосредственно принимаются иными организациями (платежными субагентами) и впоследствии перечисляются на счет общества, не свидетельствует о безналичном порядке проведения расчетов.

 

65.  ОПРЕДЕЛЕНИЕ Конституционного суда РФ от 20 декабря 2018 г. N 3148-О

А.Л.Х. обратился с иском к ПАО «Сбербанк России» о признании незаконными отказов ему, как физическому лицу, в выдаче пластиковых карт и в банковском обслуживании, а также с требованием компенсировать моральный вред, причиненный такими действиями. Вступившим в законную силу решением суда общей юрисдикции в удовлетворении указанного иска было отказано. Суды установили, что заявитель являлся директором коммерческой организации, которая посредством банковских операций вывела из безналичного в наличный оборот значительную сумму денежных средств. При этом заявитель не представил банку запрошенные у него документы, раскрывающие экономический смысл операций, и письменные пояснения об источнике поступления (происхождения) денежных средств по операциям зачисления.

 

66.  ОПРЕДЕЛЕНИЕ Конституционного суда РФ от 26 ноября 2018 г. N 3066-О

 

Д.О.Б., являющийся индивидуальным предпринимателем, обратился в страховую компанию с требованием о выплате страхового возмещения в связи с повреждением транспортного средства в дорожно-транспортном происшествии. Данное требование было оставлено без удовлетворения, в том числе в связи с непредставлением гражданином информации в соответствии со статьей 7 Федерального закона «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма».

Актами арбитражных судов отказано в удовлетворении заявления Д.О.Б. о взыскании суммы страхового возмещения, пени и судебных расходов со страховой организации.

В качестве исключения из правила об идентификации клиента предусмотрено освобождение от обязанности идентификации клиента — физического лица при осуществлении организациями, осуществляющими операции с денежными средствами или иным имуществом, операций по приему от клиентов — физических лиц платежей, страховых премий, если их сумма не превышает 15 000 рублей, либо сумму в иностранной валюте, эквивалентную 15 000 рублей (пункты 1 и 1.1 ст. 7 Закона 115-фз).

 

67.  ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 20 июля

2018 г. N 304-АД18-9870

Основанием для привлечения к ответственности послужили выводы антимонопольного органа о том, что в нарушение требований пункта 18 части 1 статьи 8 Федерального закона от 29.12.2012 N 275-ФЗ «О государственном оборонном заказе» предприятием не исполняются обязанности по ведению раздельного учета результатов финансово-хозяйственной деятельности по каждому государственному контракту.

Частью 1 статьи 15.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях установлена ответственность за неисполнение головным исполнителем, исполнителем по государственному оборонному заказу требования о ведении раздельного учета результатов финансово-хозяйственной деятельности.

Суды пришли к выводу о наличии в действиях предприятия состава правонарушения, ответственность за совершение которого предусмотрена частью 1 статьи 15.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях ввиду не ведения раздельного учета и законности привлечения к ответственности в сумме 300 тыс. рублей. Судом установлено и материалами дела подтверждается, что при проведении анализа совершаемых клиентом операций у банка возникли подозрения о наличии признаков сомнительности в проводимых операциях, а именно: налоги по счету составляют менее 0,9% от оборота, со счета не производится выплата заработной платы, основная часть расходных операций не содержит указания основания оплаты, поступления осуществляются с НДС (89%), тогда как часть расходных операций осуществляется без НДС (24% дебетового оборота).

 

68.  ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 11 декабря

2018 г. N 305-ЭС18-20121

ВС РФ не стал пересматривать дело.

Ответчик 07.03.2017 вручил клиенту запрос о предоставлении в течение трех рабочих дней документов и информации, в обоснование операций, проводимых по счету, 10.03.2017 истец представил запрошенные документы.

По результату изучения указанных документов ответчик пришел к выводу о неполном выполнении клиентом обязанностей по предоставлению документов для проверки.

Истец 24.03.2017 направил ответчику заявление, в котором просил закрыть расчетный счет и перечислить остаток денежных средств.

На основании данного заявления 29.03.2017 ответчик перечислен остаток по счету с удержанием комиссии банка в размере 10% — 2 918 802,43 рублей.

Посчитав, что указанная комиссия является незаконной, противоречащей действующему законодательству Российской Федерации, истец просит взыскать неосновательное обогащение в размере 2 918 802 рублей 43 копеек в судебном порядке, поскольку направленная в адрес ответчика претензия оставлена без удовлетворения.

Разрешая спор, суды, исходя из конкретных обстоятельств настоящего дела, пришли к выводу о том, что действия ответчика не соответствовали как договорным отношениям с истцом, так и нормам закона.

Суды пришли к выводу, что истцом был предоставлен весь объем документов по запросу банка, который, в свою очередь, не затребовал у истца иных документов, идентифицирующих сделки (пункт 2 статьи 7 Закона N 115-ФЗ), основания для признания операций сомнительными у банка отсутствовали, банком в материалы дела не представлено доказательств, что в деятельности клиента (истца) были установлены признаки осуществления сомнительных операций, равно как и не представлено конкретных доказательств, основанных на фактических обстоятельствах, что выплата заработной платы, налоговых, арендных и иных сопутствующих деятельности платежей клиентом не осуществляются, а контрагенты истца обладают признаками фирм-однодневок; действия банка по удержанию комиссии за не предоставление информации (полного комплекта документов) неправомерны.

69.  ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 1 августа

2018 г. N 305-ЭС18-10476

ВС РФ не стал пересматривать дело.

ООО в январе 2017 года открыло счет в банке, а в марте 2017 года направило платежные поручения на перечисление денег на свой другой счет в сумме 10 миллионов рублей.

Указанные платежные поручения Банком не были исполнены со ссылкой на подозрение в том, что перевод денежных средств между своими счетами носит транзитный характер и совершается в целях легализации (отмывания) доходов, полученных преступным путем, или финансирования терроризма.

В связи с тем, что ответчик, проведя проверку деятельности истца 28.03.2017, установил, что ООО «НПК ЗСО» по юридическому адресу не находится, фактического адреса не предоставлено, генеральный директор представить сотрудников офиса и указать их местонахождение не смог.

Данные обстоятельства послужили основанием для ограничения со стороны Банка действий истца по переводу денежных средств на основании норм Федерального закона от 07.08.2001 N 115- ФЗ.

Истец, оспаривая действия ответчика, не представил доказательств того, что действия Банка по ограничению операции по распоряжению им денежных средств были неправомерными. ВС РФ оставил судебные акты нижестоящих судов в силе.

 

70.  ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОПРЕДЕЛЕНИЕ от 29 мая

2020 г. N 305-ЭС20-8440

ВС РФ не стал пересматривать дело.

Суды исходил из того, что истцом не представлено надлежащих доказательств выполнения требований запроса банка о предоставлении документов, в то время как удержание ответчиком комиссии 15% за перевод денежных средств произведено в соответствии с условиями договора, к которому присоединился истец. Таким образом, суд пришел к выводу, что на стороне ответчика отсутствует неосновательное обогащение.

Судами установлено и материалами дела подтверждается, что при проведении анализа совершаемых клиентом операций у банка возникли подозрения о наличии признаков сомнительности в проводимых операциях, а именно: налоги по счету составляют менее 0,9% от оборота, со счета не производится выплата заработной платы, основная часть расходных операций не содержит указания основания оплаты, поступления осуществляются с НДС (89%), тогда как часть расходных операций осуществляется без НДС (24% дебетового оборота).

 

71.  Постановление Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 01.06.2020 N Ф01- 8835/2020 по делу N А17-9725/2018

Клиент банка обратился в сук к банку о взыскании неосновательного обогащения в сумме комиссии, удержанной за закрытие счета.

В связи с тем, что клиент не направил банку запрошенные им сведения, банк отказал клиенту в проведении банковских операций. Клиент обратился в банк с заявлением о закрытии расчетного счета и о переводе остатков денежных средств на свой счет в другом банке. Банк перечислил сумму остатка денежных средств, удержав комиссию. Требование судом удовлетворено, поскольку не доказано, что банк понес расходы, подлежащие возмещению путем взимания комиссии, и поскольку установлено, что удержание комиссии за совершение операций, связанных с легализацией доходов, полученных преступным путем, формой контроля не является.

 

Председатель Комитета по противодействию коррупции и легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма к.ю.н. В.В. Бутовский.